Мифы и легенды саги «Сумерки»

Стефани Майер — 50! В 2000-х её сага «Сумерки» стала настоящим культурным феноменом. Причём количество внимания к книгам было пропорционально количеству критики за слабый сюжет и плохо проработанные характеры. А нелепые сцены из экранизации становятся мемами даже спустя 12 лет после выхода последнего фильма. Несмотря на недостатки, у «Сумерек» была огромная армия фанатов, точнее фанаток. VK Гид рассказывает, в чём секрет саги.
Источник: Summit Entertainment

Возможно, история о нереалистичной влюблённости сильного и прекрасного вампира в заурядную школьницу не так проста, как кажется. Майер вплела в свои книги мифологические, сказочные и другие древние сюжеты, которые сделали «Сумерки» если не лучше с литературной точки зрения, то во всяком случае многослойнее.

Изгнание Беллы из Рая

В древние времена отличительным качеством женщины считали неуёмное любопытство. Большинство сюжетов, в которых героиня «суёт нос не в своё дело», заканчивается катастрофой (что интересно, мужская «любознательность» обычно не порицалась). Пандора открывает сосуд с болезнями и несчастьями, которые разлетаются по миру. Ева вкушает плод с Дерева познания добра и зла, и это ведёт к грехопадению. Жена Синей Бороды открывает запретную дверь, где её муж держит трупы предыдущих жён, и едва не подвергается той же участи.

В подобных обстоятельствах оказывается и Белла Свон: сколько бы ни было предостережений, она всё равно хочет узнать, кем является нечеловечески сильный Эдвард Каллен, способный читать чужие мысли. Открывшаяся правда делает её жизнь и жизни её близких опасной и непредсказуемой. Разница только в том, что во вселенной «Сумерек» опрометчивое поведение нужно не в назидание, а для развития сюжета. Как тревожный сигнал считывается только яблоко, изображённое на оригинальной обложке первой книги. Правда, яблоком можно считать и Беллу с точки зрения Эдварда — как запретный плод, который он буквально хотел бы вкусить.

Белла и чудовище

Описывая отношения Беллы и Эдварда, Стефани Майер вдохновлялась обширным пластом литературы — от Шекспира до Шарлотты Бронте. Вторая книга «Новолуние», в частности, отсылает к «Ромео и Джульетте» или к более ранней версии этого сюжета — мифу о Пираме и Фисбе. Несчастных тоже губит недоразумение. Пирам обнаруживает в лесу окровавленное покрывало своей возлюбленной и решает, что ту растерзал лев; в отчаянии он закалывает себя мечом. Фисба находит погибшего друга и тоже сводит счёты с жизнью. В «Новолунии» сестра Эдварда, обладающая даром предвидения, ложно истолковывает своё видение, в котором Белла прыгает со скалы в море. Эдвард думает, что его любимой больше нет и отправляется к могущественному вампирскому клану Вольтури в поисках смерти. Трагедии удаётся избежать в последний момент.

Источник: Summit Entertainment

Другой сюжет, лёгший в основу отношений главных героев, — это Миф об Аиде и Персефоне. Суровый бог царства мёртвых похищает прекрасную Персефону и делает её своей женой. Девушке позволено периодически бывать на Земле, но покинуть своего мужа навсегда она не может, так как отведала зёрна граната, символизирующие брачные узы. Гранат изображён на обложке книги «Солнце полуночи», которая полностью повторяет события «Сумерек», но описывает их с точки зрения Эдварда. Тот, хоть и не похищает Беллу, воспринимает себя чудовищем без души, которое лишает любимую нормальной жизни. В качестве зёрен граната можно считать кровь, которую Белла вынуждена пить после того, как забеременела от вампира.

Кстати, сюжет замужества за выходцем из иного мира или попросту за мертвецом перекочевал и в сказки: Аид — это тот же Кощей Бессмертный, который тоже любит красть красивых девушек.

Белла в беде

Задача большинства героинь древнего эпоса и сказок — попадать в беду и ждать спасения. Некоторые из них буквально впадают в спячку до тех пор, пока отважный воин или принц не придёт к ним на помощь (например, Белоснежка и Спящая красавица). В мире вампиров Белла, даже будь она физически сильнее, не смогла бы противостоять своим врагам в одиночку. Зато в различные беды она попадает с завидной регулярностью, давая возможность окружающим защищать её — от вампиров, от оборотней и от самой себя.

Как и многие её мифологические предшественницы, Белла лишается субъектности и расплачивается за обиды, нанесённые другими. Вампир Джеймс решает убить её в качестве компенсации за то, что Каллены давным-давно лишили его другой жертвы. Вампирша Виктория хочет убить Беллу в отместку Эдварду за убийство её возлюбленного. Последний конфликт разрастается до поистине троянских масштабов: ради своей мести Виктория создаёт целую армию. Белле же отведено место Елены, которая виновата только в том, что в неё влюблён Парис (Эдвард).

Источник: Summit Entertainment

Однако героиня не остаётся пассивной жертвой всё время. В «Новолунии» она, как Психея в поисках Амура, преодолевает различные испытания, чтобы снова увидеть Эдварда. Правда, Стефани Майер обыграла этот сюжет довольно жестоко: её героиня не рассчитывает когда-либо встретить любимого в реальной жизни, но постоянно идёт на риск, чтобы он явился ей хотя бы в воображении и предостерёг от необдуманных поступков. В финале Белле всё же удаётся совершить настоящий подвиг, когда она не даёт Эдварду показать людям свой истинный облик.

Архетип Беллы сильно меняется в «Рассвете», когда она рожает ребёнка и получает силу вампира. Тут героиня напоминает уже не деву в беде, а могущественную богиню-мать, как Деметра, Гера или Афродита. Белла «гневается», когда узнаёт о нездоровой привязанности своего друга Джейкоба к её новорождённой дочери; она превосходит по силам членов своей вампирской семьи и на равных сражается в битве с Вольтури.

Ренесме прекрасная

Ещё одно интересное пересечение просматривается в судьбе дочери Беллы и Эдварда Ренесме. Она напоминает древнегреческий миф об Адонисе. Едва появившись на свет, Адонис поражает всех своей красотой. В него без памяти влюбляется Афродита. Богиня отправляет мальчика на воспитание к царице подземного мира Персефоне с условием, что, когда тот вырастет, то вернётся к ней. Но когда приходит срок, Персефона не хочет расставаться с прекрасным юношей. Дело заканчивается компромиссом: Адонис часть времени проводит на Земле, а часть — в царстве мёртвых. На Земле Афродита практически не покидает возлюбленного, забыв об Олимпе, золотых украшениях и о своей красоте.

Как полукровка Ренесме тоже принадлежит двум мирам — миру мёртвых и миру живых. А любовная одержимость Афродиты напоминает так называемое запечатление оборотня Джейкоба на дочери Беллы:

«Это похоже на… гравитацию… Уже не Земля держит тебя здесь, а она… Ты становишься тем, кем ей нужно быть — защитником, любовником или другом».