Он сидит передо мной в лохматом камуфляжном костюме, который делает его похожим то ли на дерево, то ли на призрака. Глаза узкие, на лбу - узкие морщины, и комар пьет кровь. Невысокого роста. И улыбается. Но в этой улыбке нет той показной бодрости, которой обычно встречают журналистов на передовой. Есть усталость, есть что-то личное, что он не спешит показывать. Зовут его Андрей. Мы на позициях 82-го мотострелкового полка 69-й гвардейской мотострелковой дивизии. Позывной Азия прилип к нему с 2023 года. И он - снайпер.
В расположение группировки "Север" я добиралась не один час. Дорога в зоне СВО - это всегда лотерея. Сначала петляешь по разбитой дороге, а когда машина упирается в лес - дальше только пешком. Здесь, за маскировочными сетями, своя, боевая жизнь. Здесь много всего. И только один телеут. Человек из такого маленького народа, что в мире их осталось меньше, чем жителей в двух московских многоэтажках.
Один из 2217
Телеутов на Земле по данным всероссийской переписи населения 2020 года - 2217 человек, а по переписи 2010-го - 2643. Их официально признали коренным малочисленным народом России еще в 2000 году. Телеутский язык внесли в "Красную книгу языков народов России", потому что число носителей языка сокращается.
Их не ищут специально, не снимают для блогов. Телеуты просто есть - пока есть. Живут в основном на Кузбассе, в Кемеровской области. Андрей родился там в поселке с таким же названием Телеут. Древний кочевой народ. Когда-то кочевали по сибирской тайге, были воинами, скотоводами. В XVII веке существовало объединение телеутов - "Теленъ орда" или "Телеутская землица".
Он, возможно, единственный телеут на всем Харьковском направлении. "Если бы я встретил здесь другого телеута, я бы с ним подружился и общался. А так - никого из своих не видел. Я один", - говорит Азия.
Эти слова "я один" звучат не гордо. Звучат тяжело. Много кто из телеутов сейчас на СВО. На Донецком и Запорожском направлениях их больше - там воюют многие представители его малочисленного народа, которые ушли добровольцами на спецоперацию из родной Кемеровской области - и попали на то направление. Андрей пришел добровольцем из Москвы, где он жил и работал директором одного из известных ресторанов в сети пиццерий. Поэтому и попал сюда на другое направление - на Харьковское.
Он не говорит много о своей работе. До этого он был штурмовиком. Перешел в снайперы. Подробности не раскрывает. Сейчас он - командир взвода стрелковой роты снайперов. Учит новичков, отбирает тех, кто способен стать настоящим профессионалом. "Снайперы - это элита, штучный товар", - говорит он.
Снайперская наука и как погиб брат-телеут
Не каждый способен работать со снайперской винтовкой. Нажать на курок может любой, а вот грамотно скорректировать и прицелиться - этому надо учиться. И за этим стоит целая снайперская наука: математика, алгебра, баллистика. Все нужно рассчитать в уме. Угол, ветер, поправка.
В руках у Андрея - СВД, надежная винтовка, проверенная десятилетиями. На ней - штатный прицел ПСО-1, без наворотов, зато надежный. Он знает, как работает каждая деталь винтовки и может объяснить это новичку.
Он вдруг замолкает. Смотрит куда-то в сторону, в серое небо. И я чувствую: сейчас будет главное. То, ради чего он вообще согласился дать интервью. На вопрос о других телеутах на войне его лицо становится жестче. Губы сжимаются.
"У меня трое братьев ушло воевать. Двое двоюродных. И младший родной, звали Александр, погиб. У него позывной был Телеут", - говорит он, но голос не дрогнул.
Ему исполнился бы 41 год, он был на четыре года младше Андрея. Младший брат был штурмовиком где-то в ДНР. Андрей говорит без пафоса. Он был хорошим воином-телеутом, не боялся ничего и никого, получил сильнейшие ранения - причем дважды.
"Я ему говорил: "Саша, оставайся дома, ты уже отвоевал свое - можешь комиссоваться с такими ранениями", - рассказывает Андрей. - Но брат не послушался. Рвался помогать русским, снова поехал туда в самое пекло и его убил дрон".
Телеуты - они христиане
Азия рассказывает еще о телеутах, о том что двоюродный брат его жены тоже воевал. Наступил на мину.
"Двоюродный брат думал все, смерть. Идти не мог. Дрон над ним кружил. А когда улетел, то его сутки эвакуировали медики. Моя жена Аня ухаживала за двоюродным братом с самого госпиталя. Протез поставили, он долгое время жил у нас в московской квартире", - рассказывает Андрей.
Анна, его супруга, тоже телеутка. Вместе в браке 20 лет, три дочки красавицы. Когда он говорит о них, телеутах, голос меняется. Становится мягче. Теплее. "Я живу для семьи, для детей", - говорит он.
Молится за них. Он православный, как и большинство из его народа. "Телеуты же христиане, мы же не мусульмане, - говорит Андрей. - У нас и имена русские. Мы же русские".
И вдруг, совершенно неожиданно, он произносит фразу: "Зачем у машины большое лобовое стекло, а сзади поменьше?" - спрашивает у меня. - Чтобы смотреть больше вперед".
Вот он смотрит вперед. Туда, где после войны построит большой дом, три отдельные комнаты для каждой из дочерей и мир, в котором не нужно будет считать поправку на ветер у снайперов.
На прощание Андрей научил меня чуть-чуть говорить по-телеутски. Язык у них такой необычный. Я ухожу от него, и телеутские слова все звучат в голове…