Глобальное исследование, опубликованное в журнале The Lancet, охватило 204 страны и показало, что психические расстройства стали главной причиной ухудшения здоровья в мире. Они обогнали болезни сердца и рак. На начало 2023 года число людей с ментальными нарушениями достигло 1,2 миллиарда. Это почти в два раза больше, чем в 1990 году, когда насчитывалось около 599 миллионов пациентов.
Самый сильный рост зафиксирован по тревожным расстройствам (плюс 158%) и тяжёлой депрессии (плюс 131%). Также увеличилось количество случаев шизофрении, биполярного расстройства, анорексии и булимии. Особенно уязвимыми оказались молодые люди от 15 до 39 лет, пик приходится на возраст 15–19 лет. Женщины страдают чаще мужчин.
Некоторые исследователи связывают резкий скачок с последствиями пандемии COVID‑19, после которой показатели начали расти особенно быстро. При этом доступ к лечению остаётся катастрофически низким. Лишь около 9% пациентов с тяжёлой депрессией получают минимально необходимую помощь.
Российская статистика: депрессии наступают, психозы отступают
В России тенденция совпадает с мировой. По данным Росстата, с 2020 по 2024 год число впервые выявленных психических расстройств выросло на 18% (с 384,5 тысячи до 453,9 тысячи случаев). Основной рост пришёлся на непсихотические расстройства: депрессии и тревогу. Их доля увеличилась на 21,5%.
Тяжёлая психиатрия (шизофрения, психозы) либо снизилась, либо осталась на прежнем уровне. Число стационарных больных даже уменьшается. Зато амбулаторная помощь набирает обороты: на конец 2024 года в диспансерах лечились 2,29 миллиона человек против 2,1 миллиона в 2020 году.
Продажи антидепрессантов служат косвенным подтверждением тревожной динамики. В 2021 году в России реализовали 9 миллионов упаковок, в 2025 году – уже 23,6 миллиона. Рост более чем вдвое. В денежном выражении в 2025 году россияне потратили на эти препараты 20 миллиардов рублей.
Почему людей с ментальными расстройствами становится больше: мнения психиатров
Психиатр Василий Шуров назвал две основные причины. Первая – это высокая осведомлённость благодаря интернету. Люди узнали о симптомах депрессии и тревоги и перестали терпеть. Вторая связана с тревожными мировыми новостями. Постоянные конфликты и кризисы держат психику в тонусе и попутно истощают нервную систему.
Сотрудник Института мозга человека РАН Вадим Гагин считает, что жизнь не стала хуже или сложнее. Просто грамотная диагностика тревожных и депрессивных состояний появилась только в XX веке, а широкое распространение получила ещё позже. Плюс население стало просвещённее. Сегодня человек понимает, что его затяжная грусть — это не «характер», а болезнь, которую нужно лечить.
Врач-психиатр «UNI Клиник» Василий Лебедев выделил несколько факторов. Объективные обстоятельства: экономическая нестабильность, поток скорбных новостей, ощущение беспомощности. Поколенческий сдвиг: «зумеры» включили ментальное здоровье в список базовых потребностей, наравне с едой и жильём. Обращение к психиатру для них теперь не стыд, а ответственность.
Также Лебедев указал на проблему самоназначения. Несмотря на рецептурный отпуск, фармацевты нередко продают антидепрессанты без рецепта. Люди, насмотревшись видеороликов, покупают препараты, не получают эффекта или сталкиваются с побочками и бросают лечение. Некоторые пациенты с ранее выявленными расстройствами просто вспоминают старый рецепт и покупают те же таблетки, не посещая врача.
И ещё один важный момент – законодательство. Планируемое создание единого федерального реестра пациентов с психическими расстройствами напугало многих. Люди стали избегать государственных психиатров, чтобы не попасть в базу, и лечатся частно или занимаются самолечением.
Психотерапевт клиники «Будь здоров» Вера Воронкова по поводу повышения продаж антидепрессантов поясняет, что курсы приема таких препаратов всегда длительные: минимум 3 месяца, обычно 6–12 месяцев. Это само по себе увеличивает объём потребления и высокие продажи попадают в статистику. Кроме того, врачи непрофильных специальностей (терапевты, неврологи, гинекологи) всё чаще назначают такие препараты при совсем других заболеваниях. Также пациенты могут бросить лечение из‑за побочек или неэффективности, а потом начать всё заново.
Светлана Шпорт, главный внештатный психиатр Минздрава России, раскрыла позицию ведомства: рост статистики – это не сигнал о психическом неблагополучии, а «рост интереса» граждан к помощи психологов и психиатров. Помощь стала более доступной и привычной.
Врач-психиатр Степан Фимкин видит позитив в «колоссальных системных изменениях». Психиатрическая помощь стала значительно доступнее в государственном и частном секторе. Снимается стигма, люди перестают бояться похода к психиатру.
