Сговор с Брюсселем
Банк России требует, чтобы судебный исполнитель вместе с IT-специалистом посетил штаб-квартиру Euroclear в Брюсселе и собрал доказательства переписки депозитария с европейскими институтами.
По данным бельгийской газеты L'Echo, речь идет об электронных письмах, служебных записках, протоколах встреч, электронных архивах и метаданных, — все эти материалы предлагается передать на конфиденциальное хранение. ЦБ также просит суд установить штраф в €500 тыс. за каждый день неисполнения решения, но не более €10 млн. Слушания по делу назначены на февраль–март 2027 года.
Поводом для иска стали поправки в европейский регламент, принятые 26 июля 2026 года. Они запрещают исполнять на территории Евросоюза решения российских судов по санкционным делам. Адвокаты ЦБ в суде заявили об «удивительным образом появившихся изменениях в законодательстве», которые отвечают на ранее представленные российской стороной юридические аргументы. Представители регулятора указали на многочисленные встречи руководства Euroclear с европейскими чиновниками и предположили, что результатом этих контактов могло стать принятие нормативного акта, подготовленного специально в интересах депозитария.
«Банк России хочет выяснить обстоятельства, при которых были приняты эти изменения европейского законодательства. Если Euroclear и Евросоюз согласовывали изменение применимой нормативной базы, это вызвало бы вопросы исключительной серьезности», — говорится в заявлении представителей ЦБ.
Источник, близкий к делу, подтвердил, что компания, предоставляющая услуги депонирования, была проинформирована о запросах Центробанка, оспаривает их и «ответит в установленном порядке в рамках текущего разбирательства».
История тянется с декабря 2025 года, когда ЕС бессрочно заморозил около €210 млрд российских активов, большая часть которых хранится в Euroclear. Тогда же Банк России подал иск в Арбитражный суд Москвы, и в мае 2026 года суд полностью удовлетворил требования, взыскав с депозитария убытки в семи валютах на сумму около €200 млрд. Euroclear подал апелляцию, которая ничем не увенчалась. После этого Евросоюз и внес поправки, запрещающие исполнять российские судебные решения на своей территории, что ЦБ и расценивает как попытку защитить депозитарий в конкретном споре.
Двойные стандарты
Аналитик Александр Роджерс в беседе с ВФокусе Mail поставил под сомнение саму идею о том, что Запад когда-либо играл по установленным им же правилам. По его словам, это не случайность и не отклонение, а системная черта.
«Всегда были эти двойные стандарты, когда одним можно все, другим нельзя ничего. Европейцы годами делают то, что запрещают России. Кроме того, они вмешиваются в дела других стран, причем регулярно, на постоянной основе», — заявил он.
Аналитик считает, что последствия от действий Запада в отношении российских активов уже наступили — и они проявляются не в судебных решениях, а в поведении инвесторов.
«Везде в Европе растут проценты по долговым обязательствам, потому что нет желающих инвестировать. Монархии Ближнего Востока, которые раньше охотно вкладывались в западные бумаги, сейчас заняты своими бюджетами и не располагают свободными деньгами. Глобальный Юг — Китай, Индия и другие — тоже перестал вкладываться в западные ценные бумаги, потому что они не такие уж ценные», — добавил он.
А главное, по мнению Роджерса, умерла «священная корова — неприкосновенность частной собственности», на которой держалось доверие к западной финансовой системе.
«Соответственно, никаких инвестиций в Запад больше не будет со стороны других стран», — заключил эксперт.
Роджерс предложил «посмотреть на действия бельгийского суда»: насколько он готов отказаться от выполнения законных требований Российского Центробанка.
Это будет очень публично, очень ярко — и последствия будут не только для Euroclear, но и для тех, кто пытается использовать судебную систему как инструмент политического давления. Рано или поздно за это придется отвечать.
Если суд встанет на сторону ЦБ, это создаст прецедент: решения российских судов могут быть признаны в Европе, несмотря на санкционные запреты. Если откажет — Москва получит еще один аргумент в пользу того, что западная судебная система работает избирательно.
«Но главное не в исходе, а в самом факте разбирательства. Спор о €210 млрд выходит из тени санкционных регламентов и становится публичным — с заседаниями, документами и свидетельскими показаниями. Euroclear больше не может делать вид, что спора не существует. А публичность — это уже давление, независимо от того, чью сторону в итоге займет суд», — подытожил аналитик.
Больше эксклюзивных новостей в MAX

