Среди исчезающих языков России есть представители совершенно разных семей:
медновский алеутский – 1 носитель;
негидальский – 2;
ительменский – 3;
уильтинский – 5 компетентных носителей;
южно-юкагирский, или колымский – менее 10;
удэгейский – менее 10;
тундровый энецкий – около 15.
Цифры меняются очень быстро, поэтому даже данные пятилетней давности для таких языков могут быть уже историей.
Медновский алеутский язык: один носитель
Медновский алеутский язык – один из самых необычных и редких языков России. Язык получил название от острова Медный Командорского архипелага. После закрытия поселка Преображенского на Медном в конце 1960-х его жители переселились на остров Беринга.
Особенно интересна история самого языка. Он сформировался, вероятно, к концу XIX века в результате тесного взаимодействия алеутского и русского и считается одним из редких примеров смешанного языка. Большая часть лексики и словообразование в нем имеют алеутское происхождение, а глагольная система испытала сильное влияние русского. Даже синтаксис получился смешанным: простые предложения во многом устроены по-алеутски, а сложные приобрели русские черты.
Негидальский язык: два человека на Амгуни
Негидальский язык относится к тунгусо-маньчжурским и традиционно был распространен в бассейне реки Амгунь в Хабаровском крае. Сегодня специалисты говорят всего о двух носительницах, живущих в селе Владимировка. Еще в середине 2010-х таких людей было пять. Передачи языка детям в семьях уже нет.
Когда-то существовали верховской и низовской варианты негидальского, причем речь разных групп отражала многовековые контакты с соседними народами. Особенно заметный след оставили ульчский, нанайский и эвенкийский языки. Низовской диалект исчез еще к концу XX века, а некоторые более ранние местные варианты ученые не успели подробно зафиксировать. Получается довольно печальная гонка со временем: язык может исчезнуть быстрее, чем ученые его успеют полностью описать.
Ительменский язык: последний из своей группы
Ительменский язык связан с коренным населением Камчатки. Современный ительменский представляет собой последний сохранившийся язык некогда более многочисленной группы. Еще в XVIII-XIX веках существовали другие ительменские языки и территориальные разновидности, но постепенно они были вытеснены.
Здесь особенно хорошо видно, насколько осторожно нужно относиться к статистике. Перепись 2010 года насчитала 82 человека, заявивших о владении ительменским. По оценке исследователей, эта цифра сильно завышала число людей, действительно свободно говорящих на языке. При этом попытки сохранить его продолжаются: ительменский преподают как родной язык в селе Ковран, существуют языковые курсы, аудиовизуальный словарь и электронный корпус. Современный кириллический алфавит, кстати, был утвержден только в 1988 году.
Уильтинский язык: пять носителей на Сахалине
Уильтинский язык, который также называют орокским, принадлежит к тунгусо-маньчжурским языкам. Исторически на нем говорили уильта Сахалина. Выделяют два основных диалекта, северный и южный. Сегодня специалисты насчитывают всего пять компетентных носителей, а людей с разной степенью знания языка осталось менее десяти.
Причина стремительного сокращения хорошо видна по истории нескольких поколений. Естественная передача уильтинского от родителей детям прекратилась примерно 50-60 лет назад, а основным языком общения стал русский. Причем проблема существует не только в России: община уильта есть и на японском Хоккайдо, однако, согласно данным исследователей, владеющих уильтинским там уже не осталось.
Южно-юкагирский, или колымский язык: менее десяти носителей
Под названием колымский язык обычно имеют в виду южно-юкагирский, или колымско-юкагирский. На нем традиционно говорили лесные юкагиры, называющие себя одулами, в верховьях Колымы. Сейчас они живут в Якутии, Магаданской области и на Чукотке, а единственным местом их компактного проживания остается село Нелемное в Верхнеколымском улусе. Экспертная оценка количества носителей сегодня весьма скромная – менее десяти человек.
Юкагирские языки представляют отдельную небольшую языковую семью – традиционно их относят к палео-азиатским языкам, хотя исследователи обсуждают возможное отдаленное родство с уральскими. Еще в 2016 году были известны три носителя южно-юкагирского в Верхнеколымском улусе и три в поселке Сеймчан Магаданской области, причем все относились к старшему поколению. Передача языка детям сейчас тоже по факту отсутствует.
Удэгейский язык: от сотни говорящих до единиц за одно поколение
Удэгейский язык относится к тунгусо-маньчжурской семье и исторически распространен в Приморском и Хабаровском краях. У него существовало множество территориальных диалектов: кур-урмийский, самаргинский, анюйский, хунгарийский, хорский, бикинский, иманский и приморский. Некоторые из них к настоящему времени уже полностью или почти полностью утрачены.
Скорость исчезновения хорошо показывает статистика. Перепись 2010 года зафиксировала 103 человека, указавших владение удэгейским. Экспертная оценка на 2022 год составляла уже менее десяти носителей, при этом письменность для языка создавали еще в 1930-х, затем она фактически исчезла из употребления и была разработана заново в конце XX века. Сегодня существуют словари, буквари, учебные пособия и записи фольклора, но семейной передачи языка больше нет.
Тундровый энецкий: один из самых редких самодийских языков
Тундровый энецкий, самоназвание которого сомату, распространен на Таймыре в Красноярском крае. Это один из самодийских языков уральской семьи и близкий родственник лесного энецкого. К той же северносамодийской группе относятся ненецкие и нганасанский языки.
Исследователи оценивают число носителей тундрового энецкого примерно в 15 человек. Несколько человек живут в районе Воронцова, до десяти – в Тухарде и окрестной тундре, единичные носители отмечались в Карауле и Дудинке. Здесь особенно заметно, почему количество представителей народа и число говорящих на его языке нельзя считать одним и тем же показателем: этническая идентичность может сохраняться значительно дольше повседневной языковой практики.
Вопросы и ответы
Какой язык России сегодня самый редкий?
Если ориентироваться на актуальные экспертные данные проекта Института языкознания РАН, среди живых языков с известными носителями один из самых редких – медновский алеутский: указан один носитель. У негидальского осталось два, у ительменского – три человека, способные полноценно пользоваться языком.
Почему данные переписей и лингвистов отличаются?
Во время переписи человек сам сообщает, каким языком владеет, а уровень владения может быть совершенно разным. Кто-то способен свободно разговаривать, другие знают отдельные выражения или более-менее понимают речь старших родственников. Поэтому для исчезающих языков экспертные полевые оценки часто дают гораздо более точное представление о числе полноценных носителей.
Почему исчезают редкие языки России?
Один из главных механизмов – прекращение передачи языка детям. Если новое поколение с детства пользуется преимущественно русским, число носителей родного языка с каждым поколением сокращается. На это исторически влияли переселения, обучение на русском, изменение традиционного образа жизни, миграция и распад компактных языковых сообществ. У уильтинского, негидальского, медновского алеутского и удэгейского исследователи прямо отмечают отсутствие современной семейной передачи.
Можно ли сохранить язык, если его знают всего несколько человек?
Полностью восстановить естественную передачу в такой ситуации чрезвычайно сложно, но язык можно подробно задокументировать и преподавать новым поколениям. Лингвисты записывают речь последних носителей, составляют словари и грамматики, создают корпуса, учебники и аудиоархивы. Например, для ительменского уже существуют электронный корпус и аудиовизуальный словарь, а сам язык преподают на Камчатке.