Жест внимания
В 2026 году география американских прокламаций в честь Узбекистана заметно расширилась. К традиционным Вашингтону и Филадельфии присоединились города Сиэтл и Ситак, а также целые штаты — Орегон и Нью-Йорк.
Прокламация — это официальное торжественное заявление или обращение властей, которое не имеет обязательной юридической силы, но носит важный символический характер. По сути, это публичный жест доброй воли, демонстрирующий внимание и уважение к той или иной стране, ее культуре или значимой дате. В разные годы аналогичные дни солидарности объявлялись в честь Пакистана, Нигерии, Индии.
«Особый размах наблюдался в отношении Украины: еще во времена холодной войны, при официальном государственном признании целостности СССР — с 1956 по 1972 год прокламации выпускались рядом городов, затем в 1992 и 1993 годах, а с 2022 года по настоящее время прокламации выпускаются ежегодно», — рассказал ВФокусе Mail политолог, эксперт АНО «Альтер» Андрей Костров.
Практика чествования Украины и Узбекистана не уникальна: с 2022 года такие же обращения принимаются и в отношении Казахстана. При этом формально инициатива всегда исходит от диаспор, культурных объединений, консульств или общественных активистов. Сами по себе прокламации не являются доказательством особого статуса страны, так как их правовой эффект ограничен пределами соответствующего города или штата.
Однако символические акты политически значимы. В эпоху холодной войны прокламации в честь Украины выражали несогласие с советским статусом-кво. Сегодня их можно расценивать как свидетельство особого интереса и стремления США к расширению связей и влияния в Центральной Азии, — пояснил эксперт.
По его мнению, для Вашингтона это недорогой инструмент публичной дипломатии, работающий вокруг гораздо более практичных интересов в Узбекистане, Казахстане и Центральной Азии.
«Декларации создают позитивный политический фон, укрепляют связи и делают американское присутствие более заметным без серьезных бюджетных или юридических обязательств», — добавил Костров.
Шкурный интерес
Вашингтон выделяет Узбекистан и Казахстан как ключевые государства Центральной Азии — благодаря их населению, экономике и влиянию в регионе. В стратегических документах США прямо прописаны цели укрепления суверенитета и устойчивости Узбекистана, развития реформ и безопасности, а также создания условий для торговли и инвестиций американского бизнеса.
В 2026 году приоритетами сотрудничества США официально названы критические минералы, полезные ископаемые, энергетика, инфраструктура, авиация, финансы и технологии. В феврале 2026 года США и Узбекистан заключили рамочное соглашение о сотрудничестве в разведке, добыче и переработке таких минералов.
Иными словами, политически доброжелательный фон полезен для продвижения конкретных сделок, инвестиционных проектов и долгосрочного доступа американского бизнеса к рынку, а также к природным и логистическим ресурсам Узбекистана и Казахстана, — подчеркнул эксперт.
Он считает, что США в Центральной Азии привлекают не только ресурсы, но и возможный контроль над всей цепочкой — от геологоразведки до экспортных маршрутов. Действия Вашингтона прямо указывают на то, что он стремится не просто получить доступ к ресурсам, а встроить регион в альтернативные глобальные цепочки поставок, которые позволят снизить зависимость от Китая, утверждает Костров. К примеру, формат C5+1 (США + пять стран Центральной Азии) предусматривает развитие инвестиций в добычу, переработку и логистику, а также интеграцию центральноазиатских государств в западные экономические сети.
Однако за экономическими интересами стоят и геополитические расчеты.
«Для США чрезвычайно важно ослабить российское присутствие в Центральной Азии и взять под контроль транспортные коридоры, которые связывают Китай с Европой», — уточнил политолог.
Речь идет о проекте Транскаспийского международного транспортного маршрута (ТМТМ), который позволяет перевозить грузы из Китая в Европу в обход России через Казахстан, Каспийское море, Азербайджан, Грузию и Турцию. Вашингтон активно поддерживает этот маршрут, поскольку он снижает зависимость Европы от российских транспортных артерий и создает альтернативу Шелковому пути, контролируемому Китаем.
Действия США в Центральной Азии нельзя рассматривать только как экономическую экспансию. Они имеют явные признаки информационного противостояния и стратегического сдерживания, уверен политолог.
«По сути, это продолжение “Большой игры” — соперничества великих держав за влияние в регионе, которое ведется уже не только на военном и дипломатическом, но и на экономическом, технологическом и информационном уровнях», — заключил он.