Карта запретов
Согласно опросу ТАСС, 29 регионов России рассматривают возможность принятия законопроектов с жесткими мерами против продажи никотинсодержащей продукции. В июне президент Владимир Путин подписал закон о лицензировании оборота табачной и никотинсодержащей продукции. Документ, в частности, предусматривает право субъектов РФ в период с 1 марта 2027 года до 1 марта 2032 года устанавливать на своей территории полный запрет розничной продажи электронных сигарет.
Пилотным регионом, где начал действовать запрет, стал Пермский край. Там ограничения вступили в силу с 1 марта 2026 года, опередив федеральное законодательство За нарушение предусмотрены административные штрафы: для должностных лиц — от 15 до 20 тысяч рублей, для юридических — от 50 до 100 тысяч. С осени 2026 года в регионе будет действовать запрет не только на продажу, но и на хранение и распространение вейпов и их компонентов. Штрафы за хранение и распространение составят от 15 до 100 тысяч рублей.
С 1 сентября 2026 года запрет вступит в силу в Нижегородской области и Республике Северная Осетия — Алания. Аналогичные решения также приняты в Пензенской и Саратовской областях — там ограничения начнут действовать с 1 марта 2027 года.
В число регионов, рассматривающих возможность введения запрета, входят Санкт-Петербург, Республики Алтай, Калмыкия, Коми, Саха (Якутия) и Чувашия, Камчатский и Красноярский края, Астраханская, Вологодская, Иркутская, Калужская, Кемеровская, Кировская, Курганская, Курская, Ленинградская, Ростовская, Самарская, Свердловская, Тульская, Ульяновская, Челябинская и Ярославская области, а также Ненецкий, Ханты-Мансийский и Ямало-Ненецкий автономные округа.
Работа по анализу последствий введения полного запрета ведется также в Татарстане, а в Оренбургской области обсуждается возможность введения мер с марта 2027 года. При этом почти в половине российских регионов (более 20 субъектов) введение запрета даже не обсуждалось — среди них Амурская, Архангельская, Белгородская, Владимирская, Волгоградская, Воронежская, Ивановская, Калининградская, Костромская, Липецкая, Магаданская, Мурманская, Новгородская, Новосибирская, Орловская, Рязанская, Сахалинская, Смоленская, Тамбовская, Тверская и Томская области, а также многие республики Кавказа и Сибири.
Половинчатые меры
Доктор медицинских наук, руководитель Центра профилактики и контроля потребления табака ФГБУ «НМИЦ ТПМ» Минздрава России Маринэ Гамбарян в беседе с ВФокусе Mail заявила, что регионы могут вводить меры даже более жесткие, чем предусмотрено федеральным законом. Однако выразила опасение, что новый закон — это очередная попытка отложить принятие полноценного федерального запрета на оборот и продажу электронных систем доставки никотина на всей территории России.
Депутаты говорят об этом уже очень давно, начиная с 2020 года, как только был принят закон, приравнивающий вейпы к обычным сигаретам. Но каждый раз принимаются какие-то половинчатые меры, лишь бы не вводить единый федеральный запрет. Мне кажется, это попытка утихомирить тех, кто возмущается, что вейпы до сих пор разрешены, — пояснила эксперт.
Гамбарян отметила, что хотя 29 регионов рассматривают возможность введения запретов на своей территории, большинство из них все же не готовы это сделать. По ее словам, это связано отчасти с отсутствием политической воли, но в основном с активным лоббированием интересов табачной индустрии, которая на местах зачастую оказывается сильнее, чем сторонники общественного здоровья.
«Статья 3, пункт 5 Рамочной конвенции ВОЗ по борьбе против табака прямо запрещает использование коммерческого интереса табачной индустрии в ущерб общественному здоровью, а также участие табачных компаний в политических решениях. Но у нас это происходит системно. И мы не одиноки, проблема существует на всей территории СНГ. Табачный бизнес работает везде одинаково: он сопротивляется, торгуется, затягивает, пытается смягчить каждый законопроект», — добавила эксперт.
При этом в истории современной России уже были удачные примеры в борьбе с табачным лобби. В 2013 году был принят федеральный закон, который запретил курение практически во всех общественных местах — школах, больницах, спортивных объектах, вокзалах, метро, ресторанах и даже в подъездах жилых домов. Кроме того, закон ввел полный запрет на рекламу табака, ограничил его выкладку на витринах и установил минимальные розничные цены на сигареты.
«Результаты его исполнения были видны почти сразу. Международные исследования показывали, что в 95% случаев в российских регионах эти правила соблюдались. И наши исследования показали высокую эффективность правоприменения закона. А сейчас такое впечатление, что законов вообще не существует для тех, кто занимается продажами. Электронные сигареты и их составляющие открыто демонстрируются на прилавках, продаются детям и подросткам, имеет место большой процент контрафактной продукции», — подчеркнула Гамбарян.
Она считает, что теоретически лицензирование могло бы навести порядок в отрасли, но законы будут работать при условии, что в них изначально будут заложены контроль, надзор и реальное наказание.
Штрафы не работают, если за ними не стоит реальный контроль. Кроме того половинчатые меры не решат проблемы — всегда можно будет приобрести продукты в соседнем регионе, где нет запретов, в том числе и для подпольный продажи, — уточнила она.
При этом Гамбарян назвала любые региональные запреты «шагом вперед», особенно если за ними последует закон и системный контроль на федеральном уровне.
«Тогда можно будет задействовать все контрольно-надзорные органы для наведения порядка. При этом надо быть бдительными, чтобы с новыми регуляторными мерами не растерять имеющиеся достижения», — заметила эксперт.
Так, например, в новом законе наряду с введением обязательного лицензирования и права регионов на запрет вейпов, табачная индустрия «отвоевала» норму, действующую с 2005 года — упразднив запрет продажи табачной продукции на расстоянии ближе чем 100 метров от образовательных учреждений, предоставив определять это расстояние муниципалитетам.
«Эффективность любых мер зависит исключительно от политической воли и бескомпромиссности правящих властей, жесткого правоприменения законов и контроля за их исполнением. Без этого любые запреты останутся лишь декларациями, а на кону здоровье, жизнь и будущее наших детей», — заключила она.