По его словам, цель была не столько в самой Гренландии, сколько в том, чтобы собрать под контролем США всю остальную Арктику. Об этом Кобяков рассказал в интервью ТАСС накануне Восточного экономического форума.
«Гренландский» план Трампа, по одной версии, отвергнутый ЕС и Данией, а по другой — служивший прикрытием подготовки нападения на Иран, на самом деле был рассчитан на объединение под контролем США всей остальной Арктики», — сказал он.
Как пояснил Кобяков, в первую очередь речь идет о Северо-Западном проходе к северу от Канады, а также о европейском Севере вплоть до российских вод Баренцева моря, где начинается Северный морской путь. Он отметил, что только при таком раскладе США могли бы всерьез соперничать с потенциалом российского маршрута, причем при поддержке скандинавских стран, прежде всего Норвегии.
По оценке Кобякова, сейчас проект альтернативного маршрута из Тихого океана в Северную Атлантику и дальше в Европу фактически поставлен на паузу. А это, по его мнению, дает России шанс получить заметные конкурентные преимущества.
Северный морской путь, или СМП, проходит по Северному Ледовитому океану вдоль арктического побережья России. Это самый короткий морской маршрут между Европой и Азиатско Тихоокеанским регионом. В российском законодательстве он определен как «исторически сложившаяся национальная транспортная коммуникация». Путь важен для экспорта ресурсов, в том числе сжиженного природного газа. Общая протяженность маршрута около 5,6 тысячи километров: от пролива Карские Ворота рядом с архипелагом Новая Земля до бухты Провидения в Беринговом проливе.
Тем временем Россия отправила первый в этом году танкер со сжиженным природным газом по СМП в восточном направлении. Газовоз ледового класса «Кристоф де Маржери» с грузом с завода «Арктик СПГ-2» взял курс на Азию. Это первый танкер в 2026 году, который вышел на маршрут после старта навигационного сезона, начавшегося в этот раз раньше обычного.
За последние годы грузопоток по Северному морскому пути вырос в 2,5 раза. Строительство новых атомных ледоколов и развитие береговой инфраструктуры в перспективе могут сделать арктические воды реальной альтернативой южным морским коридорам.