13 августа 2026 года исполнилось 100 лет со дня рождения Фиделя Кастро — легендарного лидера Кубинской революции и многолетнего руководителя Кубы. На следующий день агентство Bloomberg сообщило, что Трамп отказывается от окончательного решения «кубинского вопроса» военным путем (то есть путем вторжения на Кубу «для смены руководства страны» по аналогии с недавней операцией в Венесуэле) и сосредоточит свои усилия на экономическом давлении и удушении Кубы путем отсечения ее от поставок нефти (в основном из Мексики). По словам издания, «Вашингтон намерен перекрыть Гаване источники доходов и усилить внутренние противоречия, чтобы создать условия для переговоров с руководством». В свою очередь, министр иностранных дел Кубы Бруно Родригес назвал санкционную политику США геноцидом.
Информационная война против Кубы - механизм
Подобный прием в практике информационных войн называется «качелями». Суть его в том, чтобы психологически измотать противника, вынуждая его многократно балансировать между отчаянием и надеждой. Состояние «отчаяния» достигается, когда тот или иной авторитетный источник в США делает заявление о неизбежности военного вторжения на Кубу, умело манипулируя разрозненными фактами, «собирая» их в собственную конструкцию (указывая на признаки подготовки к проведению военной операции, на доклады высокопоставленных военных о готовности вооруженных сил выполнить любую задачу, на возросшую агрессивность риторики высокопоставленных чиновников из окружения Трампа и на агрессивные «наскоки» самого 47-го президента Соединенных Штатов, испытывающего к Кубе какие-то личные чувства).
Чувство «надежды» возникает при появлении таких публикаций, как вышеупомянутая статья в Блумберге, в которой кубинское руководство пытаются убедить в том, что у них есть время на то, чтобы взвесить все за и против и, не желая повторить судьбу Венесуэлы, успеть сдаться добровольно — до того, как «точка невозврата» будет пройдена и объем взятых на себя обязательств якобы не оставит Трампу иного выбора.
Такое «раскачивание» психики противника ведет, в первую очередь, к нервному истощению, выгоранию, фатализму и готовности «покориться судьбе» — так как ожидание смерти намного хуже самой смерти, а метания от отчаяния к надежде и обратно к отчаянию как раз таким «ожиданием» и являются. Вряд ли таким способом можно сломать старых борцов типа Рауля Кастро, с — они на своем веку еще и не такое видели; но вот молодое поколение кубинской номенклатуры (дети героев революции), не бравшее в лоб штыковой атакой бронепоезд Батисты под Санта-Кларой, может и не устоять.
Военная операция США против Кубы состоится, прежде всего, потому, что она не может не состояться. Проведение военной операции — не прихоть Трампа, настроение которого полярно меняется каждые 40,5 минуты, а итог стечения многих факторов и обстоятельств, делающих эту операцию неизбежной.
К военной операции против Кубы Трампа подталкивают три фактора: время, оставшееся до промежуточных выборов в Конгресс Соединённых Штатов; необходимость срочно реабилитироваться после провала военной операции в Иране; обязательства, взятые Трампом еще на стадии выдвижения кандидатом в президенты, по которым Трампу придется расплачиваться (одним из таких обязательств, обеспечивших Трампу поддержку влиятельной кубинской диаспоры, и является «окончательное решение кубинского вопроса»). Все эти факторы и обстоятельства не просто подталкивают главу США к принятию решения о военном вторжении на Кубу — именно они делают его неизбежным.
К быстрой военной операции наподобие венесуэльской Трампа подталкивают приближающиеся промежуточные выборы в Конгресс США: их Республиканская партия, скорее всего, проиграет всухую — из-за эпического провала военной операции в Иране.
Трамп под влиянием эйфории от «случайной удачи» в Венесуэле втянул Соединенные Штаты в военную авантюру, в ходе которой Иран не просто не был поставлен на колени, но и добился некоторых преимуществ, которых прежде не было и в помине. Речь идет о требовании Ирана признать свой суверенитет над Ормузским проливом, вынося этот пункт в первые строки требований, выдвинутых Соединенным Штатам. До начала войны никто, даже тогдашнее иранское руководство, об этом даже подумать не смело. То есть, несмотря на потери и гибель части высшего руководства (которых тут же заменили кадры со скамейки запасных), Иран в этом вооруженном конфликте приобрел, а США, наоборот, потеряли.
Политика Трампа способствовала укреплению мощи и влияния Ирана — за счет налогоплательщиков США, которые оплатили сотни миллиардов расходов, потраченных на эту бессмысленную войну. Именно это Трампу и будут ставить в вину его противники из Демпартии. И если Трамп не успеет реабилитироваться, ему — крышка, а вместе с ним — и республиканскому большинству в Конгрессе: оно тут же превратится в сексуальное меньшинство, поскольку только ленивый не воспользуется шансом «опустить» ослабевших оппонентов.
А как Трампу реабилитироваться, если выборы — в ноябре? Чем можно «закрыть» унизительное поражение в войне с Ираном, в одночасье обесценившее всю военную мощь хваленой американской армии? Ответ прост — только эффектной и убедительной военной победой в любом другом вооруженном конфликте до конца октября. И здесь в списке приоритетных мишеней как раз Куба и стоит. «Маленькая победоносная война» нужна сейчас Трампу как воздух. Вот он на нее и пойдет, надеясь, что все будет как в Венесуэле.
Долг перед кубинской диаспорой в США
Вторым обстоятельством непреодолимой силы для Трампа являются его личные обязательства перед кубинской диаспорой, поддержка которой и сделала Трампа 47-м президентом Соединенных Штатов (не только она, конечно — были еще и фермеры со Среднего Запада, представители MAGA — движения, названного так по имени, являющегося самым распространённым в российском Дагестане (Мага — сокращенная форма от Магомед)).
Кубинские эмигранты, сбежавшие с Кубы вместе с Батистой и натурализовавшиеся в США, сегодня представляют собой одну из самых влиятельных политических сил, имея своих сенаторов, конгрессменов, губернаторов, судей. Марко Рубио, нынешний Государственный секретарь США, — потомок этих эмигрантов. Не случайно Трамп взял Рубио в свою команду, дав ему один из самых весомых министерских портфелей — это тоже было частью сделки с кубинской диаспорой. И здесь собака и зарыта: для эмиграции и ее потомков, перенявших генетический код от своих родителей, бабушек и дедушек, свержение режима Кастро и возвращение на Кубу — это незакрытый гештальт, который не дает им жить спокойно даже в третьем поколении. Они не просто мечтают вернуться — они жаждут покарать тех, кто вынудил их (не их конкретно, а их родителей, родственников) бежать, стать изгоями. Их стремление вернуться на Кубу в роли судей — иррационально по самой природе, это архетип, гештальт, который надо закрыть любой ценой. Вот они и попытаются его «закрыть» руками Трампа.
Напомню, что 11 января 2026 года, в очередной раз угрожая Кубе, Трамп публично одобрил «идею» о том, что в случае падения нынешнего кубинского режима новым президентом страны станет именно Рубио в сети Truth Social. С тех пор Рубио приходит в ярость каждый раз, когда Трамп вынужден корректировать свои планы по Кубе, откладывая решение кубинского вопроса в связи с проводимыми им «мирными переговорами» с Ираном, зашедшими в тактический тупик и вообще выглядящими безнадежно.
С точки зрения Рубио и стоящей за ним диаспоры кубинских эмигрантов Иран — это проходной эпизод, Куба — приоритетная цель, и эту самую цель Трамп Рубио уже отдал. Осталось только завершить начатое. Напомнить Трампу, благодаря чьей поддержке он стал президентом и на каких условиях он эту поддержку получил. И что за все в жизни надо платить.
Ценник за отмену операции на Кубе — больше, чем жизнь
Если Трамп откажется от военной операции на Кубе, то он не просто покажет себя слабаком — его растерзают свои же американцы — «заклятые враги» демократы и «заклятые друзья» республиканцы (а других друзей у него нет). Иран висит над ним как гильотина: стоит Трампу сдать назад, и его обвинят в военных преступлениях, гибели мирного населения, геноциде и растрате бюджетных средств — миллиардов, ушедших в никуда (так как ни одного результата иранской военной кампании нет — предъявить конгрессменам нечего, а погибшие американские граждане — наоборот, есть). С таким набором обвинений Трамп рискует не просто слететь с президентского кресла — он рискует сесть за решетку, причем надолго. Или закончить свои дни на электрическом стуле.
Если Трамп не повторит Венесуэлу на Кубе, ему придется признать, что Венесуэла и Иран были ловушкой, в которую его мастерски заманили, подсунув ему Иран и дав вляпаться в него обеими ногами — как в огромных размеров коровью лепешку.
Сначала его соблазнили Венесуэлой — она стала легкой приманкой, убедив его в успехе «предприятия», а когда операция удалась, Трампу внушили, что все произошло исключительно благодаря его полководческому таланту, стратегическому видению и непоколебимой решимости, наверняка указав и на то, что он, Трамп, за полчаса решил проблему существования чавистского режима, с которым десятилетиями ничего не могли сделать ни один из президентов США (ни Буш-младший, ни Обама, ни «засыпающий» Байден). Сделали все, чтобы Трамп «поверил в себя», как подросток в пубертатном периоде, тупой и решительный. И затем подсунули ему Иран, уверяя, что с ним будет так же просто, как с Венесуэлой. Как потом показала жизнь, просто — не было.
Ну и, наконец, если Трамп откажется от специальной операции против Кубы, ему придется платить по счетам, которые ему выпишет кубинская диаспора (и, возможно, не только она), с процентами и штрафами. И сумма эта будет больше, чем жизнь: даже расставшись с одной почкой и поджелудочной (если такое донорство кому-то необходимо не в качестве аукционного реквизита), должник этот долг вряд ли покроет. Поэтому есть только один путь — вперед, на Гавану. И надежда на то, что кубинцы «сами все сделают», как с Мадуро. Обратного пути нет. Позади — Москва.
Специальную операцию на Кубе Вашингтон мечтает провести по венесуэльским лекалам (об этом 7.08.2026 написала газета The New York Post) — чтобы было все гладко, чтобы подкупленные изменники сами бы передали Рауля и Мигеля в руки нарядных бойцов спецназа «Дельта», те их запаковали в подарочную упаковку и вывезли на материк. То есть дети и внуки революционеров должны выступить могильщиками великих идей кубинской революции, сами демонтировать строй, возводимый их отцами и дедами, потому что иначе великая идея кубинской революции не умрет — она будет жить в сердцах и когда-нибудь обязательно возродится вновь. А надо, чтобы не возродилась: чтобы аборигены, чье призвание — быть обслугой в борделях и казино, вход в которые разрешен только «белым людям» — янки, знали свое место.
Именно так после устранения Мадуро сделали ряд бывших друзей и соратников Уго Чавеса, без особых колебаний вступивших в коллаборацию с новыми «хозяевами жизни», ставшие могильщиками идеи боливарианской революции: революцию предали сами революционеры, вовремя поменявшие масть. То же хотят сделать и с Кубой. Да, охрана Рауля при этом тоже должна как-то умудриться сама себя перестрелять, как в Венесуэле. Чтобы не доставлять дополнительных хлопот американским спецназовцам — они к этому не приспособлены.
Для осуществления этого сценария Белый дом ищет «действующего или бывшего кубинского чиновника», который «мог бы возглавить кубинское правительство и изменить политический курс республики»; речь может идти о «ком-нибудь вроде Делси Родригес»2. Для этого ЦРУ создало специальную «целевую группу» для работы по Кубе, в состав которой вошли оперативные сотрудники-агентуристы и агенты-боевики. Похищать же, по словам министра войны Пита Хегсета, собираются президента республики Мигеля Диаса-Канеля. Как видим, Трамп и его миньоны полны энтузиазма. Неплохо бы, чтобы этот энтузиазм им кто-нибудь обломал. Желательно, поганой метлой.