Жизнь Великой княгини Елизаветы Федоровны может стать примером служения богу и людям. Она родилась немкой, воспитывалась в Англии, но стала русской святой. Святой ее считали уже при жизни и называли «ангелом» и «украшением Москвы».
Кто такая княгиня Елизавета Федоровна: детство, семья и путь в Россию
Будущая русская святая Великая княгиня Елизавета Федоровна, супруга пятого сына Александра II Великого князя Сергея появилась на свет 1 октября 1864 года в Дармштадте. Ее отцом был Великий герцог Людвиг IV Гессен-Дармштадский, а матерью – вторая дочь британской королевы Виктории принцесса Алиса Мод Мария Саксен-Кобург-Готская. Всего в семье было семь детей. Шестой дочерью и младшей сестрой Елизаветы (Эллы) была будущая русская императрица Александра Федоровна – супруга императора Николая II.
Известно, что мать Эллы была очень набожной женщиной, много занималась благотворительностью и детей воспитывала в строгости и вере. Девочку крестили Елизаветой в честь основательницы династии Гессенских герцогов – святой Елизаветы Венгерской (Тюрингской), снискавшей святость делами милосердия.
Когда Элле-Елизавете было 14 лет, она впервые столкнулась со смертью – ее мать и одна из младших сестер Мария умерли от тифа. Когда отец женился второй раз, двух внучек – Елизавету и Алису взяла к себе на воспитание бабушка – королева Виктория. Таким образом юность Елизавета провела при дворе королевы в Лондоне. Уже тогда было понятно, что растет завидная невеста необыкновенной красоты.
К ней сватались дважды – сначала великий герцог Бадена Фридрих, затем – кронпринц Пруссии Вильгельм, позже ставший последним кайзером Германии, но обоих она отвергла, предпочтя русского Великого князя Сергея Александровича.
Муж княгини Елизаветы Федоровны и жизнь Великой княгини при дворе
Сын императора Александра II Великий князь Сергей познакомился со своей будущей женой еще юношей, когда бывал в Европе. Разумеется, девушка такой красоты не могла ускользнуть от его взора, тем более, что дом герцогов Дармштадских веками «поставлял» невест представителям династии Романовых. Официальное предложение Великий князь сделал в 1883 году. Ему было 26 лет, Елизавете – 19. Неофициально молодые люди обменялись подарками в знак согласия 6 ноября 1883 года, и только в феврале 1884 года Великий князь прибыл в Дармштадт, чтобы сделать официальное предложение. Отец невесты тут же согласился на брак.
«Я дал согласие, не колеблясь. Я знаю Сергея с детского возраста; вижу его милые, приятные манеры и уверен, что он сделает мою дочь счастливой», – говорил герцог позже.
На самом деле Великий князь Сергей Александрович переживал не лучшие времена. За три года до этого умерла его мать Мария Александровна, а через год народовольцы убили отца – Александра II. Великий князь стал впадать в депрессию, и близкие люди посоветовали ему жениться. В Елизавете он нашел не только супругу, но и любовь всей своей жизни.
Командир лейб-гвардии Преображенского полка Великий князь Сергей и принцесса Гессен-Дармаштадская, герцогиня Великобританская и Рейнская Елизавета Александра Луиза Алиса венчались 15 июня 1884 года по новому стилю в Большой церкви Зимнего дворца в Санкт-Петербурге. Таинство было совершено дважды – сначала по православному, а затем по лютеранскому обычаю. Великий князь Сергей изначально не настаивал на том, чтобы его жена перешла в православие. Но случилось чудо – Великая княгиня Елизавета сама пожелала перейти в русскую веру. К этому ее подтолкнула паломническая поездка в Иерусалим ко Гробу Господню, которую супруги совершили в 1888 году, и несомненное влияние мужа. Друзьям она позже напишет, что муж никогда не навязывал ей своей веры, но «знал веру так хорошо и жил по ней настолько истинно, что... и меня так взрастил».
Поэтому 13 апреля 1891 года Великая княгиня Елизавета через обряд миропомазания перешла из лютеранской веры в православную. Своей святой она выбрала мать Иоанна Предтечи Елисавету. Отцу писала, что в новой вере чувствует себя «безгранично счастливой».
Единственное, что огорчало супругов — у них не было детей. Пара воспитывала племянников Машу и Митю – детей Великого князя Павла Александровича, их мать умерла родами.
Жизнь при дворе
Супруги поселились в Санкт-Петербурге во дворце Белосельских-Белозерских, стоявшем на пересечении Невского проспекта и Фонтанки. Этот огромный и красивый дом Великий князь Сергей купил специально для жены. Тут бы принцессе и начать блистать при дворе, но вместо танцев, нарядов и балов красавица Елизавета выбрала совершенно иную стезю – благотворительность. Впрочем, это не исключало балов, изучения русского языка, на котором княгиня вскоре заговорила почти без акцента, и традиций Российской империи.
Пример она взяла с покойной матери мужа – императрицы Марии Александровны. Та была покровительницей РОКК – Российского общества Красного Креста. Уже в 1884 году Великая княгиня Елизавета возглавила Санкт-Петербургский Дамский комитет РОКК. Устроительство больниц для бедных, помощь сиротам, вдовам и инвалидам, проведение благотворительных выставок, балов, сборы пожертвований стали для нее, наравне с верой, важной частью жизни.
В 1891 году чета уехала в Москву. Переезд был связан с назначением Сергея Александровича генерал-губернатором Москвы и Московской губернии.
Жизнь с Москве
Назначение Сергея Александровича резко поменяло уклад жизни супругов. Великому князю теперь пришлось решать масштабные государственные задачи, а Елизавете – поддерживать его в этом.
Первым вызовом был голод, разразившийся в 1891 году в 25 губерниях России из-за неурожая. Великая княгиня Елизавета возглавила Московский Комитет помощи голодающим и стала активно собирать помощь; устраивала благотворительные балы и вечера, ярмарки и базары. К зиме 1892 года комитет сумел направить на помощь крестьянам больше 500 000 рублей – сумма по тем временам огромная.
Значительным событием стала Всемирная выставка в Париже 1900 года. Великая княгиня Елизавета курировала русских кустарных ремесленников. Этот отдел выставки сумел продать 340 контейнеров привезенных изделий из 380 и заработать 70 тысяч франков. Среди выставленных предметов была церковная утварь, иконы и историческое русское искусство, включая шитье и кружева – изделия воспитанниц Елисаветинского благотворительного общества. Кустари получили 119 медалей выставки.
Елисаветинское благотворительное общество тоже было создано Великой княгиней Елизаветой. Оно существовало с 1892 по 1917 год. Его целью было воспитание детей-сирот, а также детей из неблагополучных семей, чьи родители пили или нищенствовали. Благодаря Великой княгине Москва была покрыта сетью благотворительных Елисаветенских комитетов, которые открывали приюты и занимались воспитанием и образованием детей. Всего через систему Елисаветинского благотворительного общества получили воспитание и образование 9 000 человек. Вскоре Великую княгиню Елизавету стали называть «украшением Москвы» и «цветом христианского милосердия».
В 1895 году Елизавета Федоровна предложила создать в Санкт-Петербурге общину сестер милосердия для медицинской и духовной помощи населению окраин. В 1896 году от Николая II она получила на это благое дело 150 тысяч рублей. Елизавета Федоровна выкупила дачу на Полюстровской набережной и организовала в ней общину медсестер. Здесь же были открыты терапевтическое, хирургическое, гинекологическое и детское отделения, работала аптека, прием вели лучшие доктора города. Медсестры получили хорошее медицинское образование. Учились три года, слушали лекции лучших профессоров Петербурга.
Елисаветенская община стала первой больницей города, которая оказывала помощь на дому. В 1900 году ее помощью воспользовались 33 тысячи человек, а в 1906 году – 39 тысяч. Отличие от других благотворительных организаций было в том, что сестры общины не ограничивались лечением пациентов, но и помогали нуждающимся семьям.
Во время русско-японской войны Великая княгиня основала «Особый комитет Ее Императорского Высочества», который собирал денежную и гуманитарную помощь. Всего за годы войны было собрано больше 9 миллионов рублей. Елизавета Федоровна организовала мастерские, в которых швеи работали над заказами для фронта. Взяла на себя заботу о прибывающих в Москву с Дальнего Востока больных и раненых – после госпиталей их для долечивания размещали на частных квартирах. К концу войны попечением Великой княгини в России появилось 807 лазаретов.
В разгар Русско-Японской войны, в день десятилетия брака Великий князь Сергей Александрович оставил в дневнике такую запись:
«С утра я в церкви, жена — на складе. Господи, за что мне такое счастье?»
Под складом подразумевался склад гуманитарной помощи бойцам.
Мало кто знал, но к этому времени Великий князь был уже тяжело болен – у него был костный туберкулез. Сергея Александровича мучили сильнейшие боли в спине. Ему приходилось носить корсет, ездить на воды. Но облегчение было временным. Вскоре он уже не мог ездить верхом. Боль снимали только горячие ванны.
В 1905 году семейное счастье Елизаветы Федоровны кончилось – ее муж Сергей Александрович был убит террористом, бросившим ему под ноги бомбу. Горе 41-летней вдовы словами не выразить. Муж был для нее светом в окошке, любимым человеком, опорой, другом, учителем. Сама она считала его святым.
Несмотря на ужас потери, эта великая женщина сумела найти в себе силы и посетить террориста Ивана Каляева в заключении. Она просила его взять Евангелие и покаяться перед смертью – преступника приговорили к казни. Но тот отверг и покаяние, и Евангелие. Тогда Елизавета Федоровна написала прошение о помиловании. Николай II отказался помиловать убийцу брата.
Казалось бы, жизнь еще молодой женщины была закончена. Муж мертв, детей нет. Она совсем одна в другой стране.
Но внучка королевы Виктории Великая княгиня Елизавета Федоровна нашла не только силы жить, но и высший смысл жизни – жертвенность. Она стала тем, кого в Москве назовут «белым ангелом».
Почему Елизавету Федоровну называют белым ангелом Москвы
При жизни Великий князь Сергей Александрович возглавлял московский отдел РОКК и был председателем Императорского Православного Палестинского Общества. После его смерти эти обязанности взяла на себя Елизавета Федоровна.
Она была инициатором покупки земли в итальянском городе Бари, где находились и поныне находятся мощи Николая Угодника, и строительства там русского подворья с храмом. Сама Великая княгиня возглавила в России больше 150 благотворительных организаций. Графиня Прасковья Уварова характеризовала Елизавету Федоровну как святую, которую почитает вся Москва, и жизнь которой протекает в молитве, добрых делах и в помощи беднякам.
В 1908 году Великая княгиня на свои деньги купила в Москве усадьбу с четырьмя домами на Большой Ордынке. Открыла в ней столовую для нищих, храм во имя святых Марфы и Марии, больницу, амбулаторию. Так в Москве возникла Марфо-Мариинская ставропигальная обитель, сестры которой давали обет послушания, целомудрия и нестяжания. В отличие от монахинь они могли покинуть обитель, и например, выйти замуж. Они могли помочь не только молитвой, но и оказать медицинскую помощь, накормить нуждающихся, трудоустроить, поместить в приют голодных детей.
Сама Елизавета Федоровна надела белое одеяние и переехала жить в обитель. Она не выделяла себя из толпы сестер, не кичилась происхождением. Вместе с другими сестрами Марфо-Мариинской обители ухаживала за больными, посещала самые бедные районы Москвы, включая бандитскую Хитровку, откуда старалась забрать в приют голодных детей. Так и не став монахиней, она поддерживала отношения с православными старцами – Алексием Соловьевым, Гавриилом Зыряновым, Германом Гомзиным. Именно в эти годы ее стали называть «белым ангелом Москвы». Она и была похожа на ангела, одетая в белое, красивая женщина с прекрасными, грустными глазами.
В годы I Мировой войны сестры Марфо-Мариинской обители совершали ежедневный подвиг. На территории обители был открыт госпиталь, в котором лечили тяжелораненых бойцов, были открыты двухмесячные курсы для сестер милосердия. Сама Великая княгиня Елизавета занималась сбором гуманитарной помощи для фронта, проводила благотворительные спектакли, выставки. Даже написала книгу, средства от продажи которой пошли в помощь семьям погибших бойцов. Организовала первое в России производство протезов – оно работает и сейчас.
Ее белые крылья ангела защитили от голода, боли и болезней тысячи москвичей. Но себя она защитить не смогла или не захотела.
Гибель Великой княгини Елизаветы и прославление
После февральской революции, а затем октябрьского переворота Великая княгиня Елизавета отказалась уезжать в Европу. Она оставалась в Марфо-Мариинской обители, продолжала помогать обездоленным. 7 мая 1918 года ее посетил патриарх Тихон. Отслужил молебен, простился.
Через 30 минут после его ухода Елизавета Федоровна с ближайшей помощницей инокиней Варварой (Яковлевой) была арестована латышскими стрелками.
Сначала женщин вывезли в Пермь, затем – в Екатеринбург. Оттуда – в Алапаевск, где вместе с другими членами семьи Романовых содержали в Напольной школе.
В ночь на 18 июля 1918 года большевики убили всех членов семьи Романовых с их близкими. Их столкнули в шахту в 18 километрах от города и забросали гранатами.
Среди убитых были:
Великая княгиня Елизавета Федоровна,
ее келейница инокиня Варвара,
ее племянник Владимир Палей,
сыновья Великого князя Константина Константиновича Игорь, Иван и Константин,
управляющий князя Сергея Михайловича Федор Ремез.
Через несколько дней кто-то из крестьян, проходивших мимо шахты, услышал пение – внизу молились.
Когда осенью 1918 года белые займут Алапаевск и поднимут тела замученных Романовых наверх, выясниться, что княгиня Елизавета вместе с князем Иваном упали не в саму шахту, а на выступ в 15 метрах от поверхности. Оба были травмированы. Несмотря на перелом руки, Великая княгиня Елизавета разорвала свой апостольник – белый монашеский платок, перевязала голову князю Ивану и до самой кончины не переставала молиться. Ее пальцы, пальцы инокини Варвары и князя Ивана были сложены в троеперстие для крестного знамения. Был жив после падения и князь Палей – он отполз в сторону и сумел сесть, прислонившись к стене.
Свидетели убийства рассказали, что Елизавета Федоровна перед тем, как ее столкнули в шахту, перекрестилась и сказала: «Господи, прости им, ибо не ведают, что творят...» А когда в шахту полетела первая граната, навстречу ей раздались слова тропаря: «Спаси, Господи, люди Твоя, и благослови достояние Твое...».
Доставшие тела мучеников свидетельствовали, что тело Елизаветы Федоровны было нетленным, а на лице была улыбка.
После омовения тела Романовых были одеты в белоснежные одежды, отпеты в Свято-Троицком соборе Алапаевска и положены в склеп.
Но в июне 1919 года из-за наступления Красной армии тела было решено вывезти. Гробы поместили в спецвагон и отправили на Дальний Восток.
Сопровождали мучеников три человека – игумен Серафим Кузнецов и два послушника. Стояла страшная жара и покойники буквально вытекали из гробов. От тяжелого духа разложения сопровождающим становилось дурно. Только в Пекине в присутствии камчатского епископа Нестора Анисимова и последнего императорского посланника Николая Кудашова гробы были вскрыты для опознания. Отмечалось, что все тела были в состоянии сильнейшего разложения, и только тело Великой княгини Елизаветы оставалось нетленным.
Останки были захоронены на кладбище Пекина у церкви Серафима Саровского. Затем перенесены в склеп храма во имя Всех Святых Мучеников на территории Русской духовной миссии. В 1947 из-за угрозы прихода к власти коммунистов, останки Романовых захоронили под полом храма. В 1957 году после перехода храма под юрисдикцию РПЦ, посол СССР Павел Юдин приказал храм снести, а на месте захоронения построить детскую площадку.
Но тела Великой княгини Елизаветы и инокини Варвары избежали такой участи. В 1920 году сестра Елизаветы принцесса Виктория Баттенбергская приказала перевезти два гроба с телами мучениц в Иерусалим. Ныне они покоятся в Гефсимании в храме равноапостольной Марии Магдалины.
В 1992 году Русская православная церковь прославила Великую княгиню Елизавету и инокиню Варвару в лике преподобномучеников. Ныне их имена поминаются каждый день на службах в каждом храме России.