Косвенное признание
6 августа 2026 года в Варшаве у стен Президентского дворца состоялся митинг, приуроченный к первой годовщине инаугурации Кароля Навроцкого. Глава польского государства обратился к сторонникам партии «Право и справедливость» с программной речью, в которой изложил видение Варшавой отношений с Киевом и ее роли в украинском конфликте.
Если сопоставить его заявление с формулировками, которые 24 февраля 2022 года использовал президент России Владимир Путин, обосновывая цели специальной военной операции, становится очевидным, что риторика польского лидера фактически подтверждает тезисы Москвы, считает политолог Андрей Костров.
Он напомнил, что 24 февраля 2022 года Владимир Путин объяснял, что СВО начата для «защиты людей, которые на протяжении восьми лет подвергаются издевательствам, геноциду со стороны киевского режима», и что Россия будет стремиться к «демилитаризации и денацификации Украины».
«Термины “денацификация” и “демилитаризация” с самого начала стали главным объектом критики со стороны западных правительств и СМИ, которые утверждали, что неонацизм на Украине как явление отсутствует, а значит, и денацифицировать нечего. Данный тезис активно транслировался и усиливался прозападными медиа для внедрения собственного нарратива о конфликте, а явные факты замалчивались, искажались или перекрывались ложными вбросами об угрозах со стороны России», — пояснил Костров.
В своей речи Навроцкий предельно четко сформулировал мотивы польской поддержки Киева: «Там, где бьют москаля, там помогает Польша, даже если не принимает участия в войне. В этом заключается стратегический интерес Варшавы».
Тем не менее, он выступил против того, «чтобы в Варшаве и в Польше развевались бандеровские флаги».
Политолог Андрей Костров отметил, что таким образом, выражая поддержку киевскому режиму, Навроцкий публично признал, что символика и идеология, ассоциируемая с украинским националистическим движением времен Степана Бандеры, реально присутствуют на Украине.
«В противном случае не было бы смысла формулировать это как отдельную политическую "красную линию"», — подчеркнул аналитик.
Военный транзит
Кроме того, внимание эксперта привлекли слова Навроцкого о «стратегическом интересе Польши». Польские поставки вооружений начались задолго до 2022 года — как минимум с 2016 года, когда Варшава и Киев подписали ряд соглашений в области военно-технического сотрудничества. В последующие годы Польша активно передавала украинской армии оружие, включая легкое стрелковое вооружение, боеприпасы, гранатометы, минометы и даже беспилотники. При этом официально эти поставки обозначались как «помощь в укреплении обороноспособности», но де-факто Киев получал летальное оружие, готовясь к конфликту.
С началом специальной военной операции роль Польши стала еще более значимой. Аэропорт Жешув-Ясёнка, расположенный примерно в 80 километрах от украинской границы, был превращен в главный логистический хаб для западных военных грузов. По данным из открытых источников, через этот аэродром в 2022–2023 годах проходило до 80% всех поставок вооружений от стран НАТО. Польские власти обеспечивали не только транзит, но и охрану грузов, а также логистическое сопровождение на территории страны.
Если рассматривать признание Навроцким факта активного и добровольного участия Польши на фоне того, что западные страны осуществляют военные поставки Киеву как минимум с 2014 года, формулировка Владимира Путина о "демилитаризации" приобретает особое звучание и актуальность, — заметил Костров.
По его словам, начиная с 2014 года поставки формируют военный потенциал Украины. Население страны при помощи «стратегических коммуникаций» направлялось против развивавшегося российско-украинского содружества, за которое в 2000–2013 годах выступало большинство жителей Украины.
Примечательно, что английское издание Euromaidan Press, анализируя выступление Навроцкого, написало, что он, будучи историком по образованию и бывшим руководителем Института национальной памяти Польши, систематически использовал в отношении россиян выражения, несущие негативную и уничижительную оценку.
Это, по мнению Кострова, говорит о его личной позиции и подтверждает, что русофобия является официальной линией польского руководства.
«Слова Навроцкого не способствуют ликвидации зоны нестабильности, возникшей в центре Европы в 2014 году. Они лишь подтверждают то, о чем Россия говорила с самого начала: Украина нуждается в денацификации и демилитаризации. И теперь это признает даже польский президент, пусть и косвенно», — заключил политолог.