Корни конфликта
Конфликт между Тбилиси и Цхинвалом берет начало с конца 1980-х, когда в Грузинской ССР стали набирать силу националистические движения, призывающие к вытеснению осетин. Лидер националистов, а позже первый президент Грузии, Звиад Гамсахурдиа публично называл осетинский народ «мусором», который следует «вымести метлой через Рокский тоннель».
«Мы пойдем по Осетии, и пусть осетины либо покорятся и станут грузинами, либо, если они так любят русских, уходят из Грузии в Россию», — говорил он.
По данным последней Всесоюзной переписи населения 1989 года, в Грузинской ССР проживало 164 тысячи осетин. При этом примерно 65 тысяч жили на территории Юго-Осетинской автономной области, а остальные 99 тысяч были расселены по всей остальной Грузии — в Тбилиси, в Горийском, Карельском и других районах. В 2004 году число осетин, проживающих за пределами Южной Осетии, сократилось на 63,3 тысячи человек.
«После прихода Гамсахурдии осетинам был поставлен ультиматум: либо сменить фамилии на грузинские и отказаться от своей идентичности, либо покинуть страну. Эти угрозы быстро перешли в практическую плоскость — именно тогда была развязана Первая осетинская война. Грузинским националистам не удалось захватить Южную Осетию, но изгнать осетин из других регионов Грузии они смогли», — рассказал ВФокусе Mail политолог Дмитрий Родионов.
Эксперт также обратил внимание на разницу в подходах Грузии к Абхазии и Южной Осетии. Если существование Абхазии как региона никогда не ставилось под сомнение, то Южную Осетию в Грузии даже терминологически не признавали, называя ее «Самачабло» — по фамилии древних князей. Это, по мнению Родионова, подчеркивает, что, по замыслу грузинских националистов, осетин никогда не было на территории Грузии. Целью было не просто освобождение территории, а ее полная этническая чистка.
В 1990 году Южная Осетия объявила о суверенитете и потребовала пересмотра своего статуса. Это привело к вооруженному противостоянию, которое продолжалось до 1992 года. Этот конфликт унес жизни, по разным данным, от 1,5 до 4 тысяч человек.
Тогда в зону конфликта были введены смешанные миротворческие силы, сформированные на паритетной основе от каждой из сторон-участниц конфликта: российской, грузинской и осетинской. Общая численность контингента составляла около 1500 человек.
Однако договоренности не сняли главных противоречий: Грузия продолжала считать Южную Осетию своей территорией, а власти Цхинвала не отказывались от курса на независимость. В 1992 года в Южной Осетии состоялся референдум, на который вынесли два вопроса: о независимости и о последующем объединении с Россией. За независимость проголосовали 99,9% участников (53 308 человек), за воссоединение с Россией — 99,89% (53 291 человек) при явке почти 97%.
От провокаций до победы
Обстановка вокруг Южной Осетии повторно начала накаляться с 2006 года. Придя к власти после «революции роз», президент Михаил Саакашвили занял последовательную антироссийскую позицию. Он неоднократно требовал от Москвы вывода российских военных баз с территории Грузии и заявлял о намерении вернуть под контроль Тбилиси Абхазию и Южную Осетию.
Экс-министр обороны Грузии и бывший политический соратник грузинского президента Ираклий Окруашвили позже рассказывал, что уже в 2005 году грузинское руководство разработало планы военного вторжения в Южную Осетию и Абхазию. План предусматривал захват Рокского тоннеля и города Джава, чтобы заблокировать возможный подход российских войск.
Активные вооруженные провокации на линии разграничения, где стояли российские миротворцы, начались в июле 2008 года.
1 августа между грузинскими и южноосетинскими подразделениями начались боестолкновения. По Цхинвалу и окрестным селам били из автоматов, гранатометов и минометов. Власти Южной Осетии начали эвакуацию гражданского населения — только в первые два дня свои дома покинули около 2,5 тысяч человек.
На следующий день министр Грузии по вопросам реинтеграции Темур Якобашвили заявил о готовности Тбилиси к прямым переговорам с Цхинвалом «без предварительных условий», однако уже 3 августа Грузия продолжила стягивать войска к границам Южной Осетии. Из района Гори в направлении Цхинвала выдвинулась артиллерийская колонна с установками Д-30 и минометами. Хотя передвижения грузинских войск фиксировались и на других участках границы, власти продолжали утверждать, что ищут политическое решение конфликта.
В ночь на 5 августа стороны вновь обвинили друг друга в обстрелах. Напряжение стремительно нарастало: миротворцы фиксировали 8 пролетов реактивной авиации над зоной конфликта по маршруту Гори — Джав.
К началу масштабной военной операции грузинская группировка на цхинвальском направлении насчитывала до 12 тысяч военнослужащих. В ходе боевых действий общая численность грузинских сил, задействованных в нападении на Южную Осетию, по некоторым данным, достигала 17 тысяч человек, включая резервистов.
Днем 7 августа в Тбилиси проходила встреча российского дипломата Юрия Попова и грузинского министра Темура Якобашвили — речь шла о переговорном процессе. Но пока дипломаты обсуждали мир, грузинские позиции уже вели артиллерийский огонь по Цхинвалу.
Вечером Тбилиси предпринял информационный демарш. Якобашвили объявил об одностороннем прекращении огня, а вслед за ним Саакашвили в 19:40 заверил граждан, что отдал приказ не отвечать на атаки. Однако в 22:35 эти заявления потеряли смысл — грузинские войска начали полномасштабную военную операцию, которая получила название «Чистое поле».
Ночь с 7 на 8 августа стала началом полномасштабного штурма Цхинвала. Грузинские войска пересекли границу и ворвались в город, используя танки, штурмовую авиацию Су-25 и артиллерийские системы — в ход пошли десятки установок «Град» и «Ураган».
«Им вообще было все равно, в кого стрелять. В стариков, детей, женщин. Там все в дыму и в огне было. Горели кварталы, здания, машины, люди. Бои шли прямо на улицах. Пехота наступала, танки, БТР», — вспоминает майор в отставке Таймураз Тибилов.
В первые двое суток основной удар на себя приняли российские миротворцы, чьи позиции в Цхинвале грузинские войска обстреливали из артиллерии и «Градов» с первых часов вторжения. Вместе с ними оборону держали отряды южноосетинского ополчения.
9 августа к боевым действиям на стороне Южной Осетии официально присоединилась Абхазия в рамках соглашения о военной помощи. Абхазские вооруженные силы начали операцию по вытеснению грузинских войск из Кодорского ущелья и нанесли ракетные удары по военным объектам в Западной Грузии.
11 августа российские войска пересекли границы Абхазии и Южной Осетии, войдя на территорию Грузии для уничтожения военной инфраструктуры, использовавшейся в агрессии. Удары были нанесены по пунктам управления, радиолокационным станциям и складам с вооружением. Города Зугдиди и Сенаки были заняты без боя. Грузинские войска без единого выстрела оставили Гори.
12 августа президент России Дмитрий Медведев на встрече с министром обороны Анатолием Сердюковым и начальником Генштаба Николаем Макаровым объявил о завершении операции по принуждению Грузии к миру. Он заявил, что безопасность миротворцев и гражданского населения восстановлена, агрессор наказан и понес значительные потери, а его вооруженные силы дезорганизованы. С 14 по 16 августа президенты Абхазии, Южной Осетии, Грузии и России подписали план мирного урегулирования, известный как «план Медведева — Саркози». В октябре российские войска были выведены с территории Грузии.
26 августа Россия официально признала независимость Южной Осетии и Абхазии.
Цена войны
Потери сторон в ходе пятидневного конфликта до сих пор оцениваются по-разному, в зависимости от источников и методик подсчета. Российские и южноосетинские власти сообщали о более чем 2 тысячах погибших мирных жителей Цхинвала. Следственный комитет РФ официально подтвердил гибель 162 мирных граждан Южной Осетии. В ходе операции по принуждению Грузии к миру Россия потеряла 67 военнослужащих. Грузинская сторона говорила о 412 погибших.
В сентябре 2008 года Международная комиссия ЕС под руководством Хайди Тальявини официально пришла к выводу, что военные действия начала именно Грузия. Однако в докладе также содержалась критика в адрес России «за непропорциональное применение силы и нарушение международного права». Последовали разрозненные санкции — НАТО запретила российскому кораблю «Ладный» участвовать в совместных антитеррористических учениях в Средиземном море и заблокировала экстренное заседание Совета Россия-НАТО для обсуждения конфликта. США ввели двухлетние экономические санкции против «Рособоронэкспорта» в октябре 2008 года (формально за сотрудничество с Ираном, но на фоне грузинских событий).
По мнению Родионова, здесь действует принцип «ты виноват лишь тем, что хочется мне кушать» — то есть Россия всегда оказывается неправой в любой ситуации.
Иногда факты настолько очевидны, что отдельные чиновники на Западе вынуждены признавать правоту России, однако их слова не имеют веса, и антироссийская линия продолжается вне зависимости от реальных обстоятельств, — сказал он.
Просчет Саакашвили
Политолог заявил ВФокусе Mail, что Москва неоднократно предупреждала и Грузию, и Запад о недопустимости силового решения конфликта. Однако Саакашвили был «слишком самоуверен» и убежден в безоговорочной поддержке Запада, а также в том, что Россия не ответит.
«Запад не просто поддерживал Грузию — он целенаправленно вооружал, обучал и финансировал ее армию, готовя к прямому столкновению с Россией. Саакашвили, судя по всему, всерьез рассчитывал, что в критический момент США вступятся за него. Но в XXI веке, с учетом ядерного паритета, развязывать мировую войну из-за Грузии никто не стал бы. Это был просчет, который обошелся слишком дорого», — отиметил эксперт.
Он считает, что президент Грузии допустил ошибку, разорвав все связи с Россией.
Можно было с Россией не ссориться. Напротив, можно было с ней дружить, да так крепко, что Москва сама помогла бы выстроить переговоры с отколовшимися автономиями, — подчеркнул он.
Вместо этого грузинский лидер взял курс на НАТО и потребовал вывода российских военных баз. Как отмечает эксперт, Москве были нужны опорные пункты в Закавказье, и когда Грузия отказалась от этой роли, ее место заняла Абхазия.
«Хотя Саакашвили избежал наказания за свою авантюру, расплачивается за нее Грузия до сих пор. Отношения с Россией оказались безнадежно испорчены, а территории, утраченные еще в начале 90-х, потеряны безвозвратно», — добавил Родионов.
До сих пор позиции сторон остаются непримиримыми. Грузинские элиты жаждут реванша, а осетины и абхазы никогда не согласятся на возвращение в состав Грузии.
«Это тупик, замкнутый круг, выхода из которого в нынешней политической реальности просто нет».
Единственным вариантом решения конфликта, полагает аналитик, может стать восстановление единого геополитического проекта на постсоветском пространстве, по сути — Советского Союза в новой форме. Однако в текущей реальности, констатирует он, такого проекта не предвидится.
Как и столетия назад, Кавказ остается объектом геополитической конкуренции, и устойчивый мир невозможен без объединения региона под началом России, — заметил он.
По словам Родионова, главным итогом пятидневной войны стало понимание, что договариваться с Западом бесполезно.
«Наверху осознали, что необходимо предпринимать решительные действия для защиты своих интересов, иначе “нас просто сомнут”. Понимание того, что Запад готов воевать против России руками своих прокси, постепенно растет, и 2008 год стал важной поворотной точкой в этом осознании», — сказал Родионов.
Эксперт напомнил, что этот подход был продемонстрирован в 2014 году, когда после событий на Украине Россия вернула Крым.
При этом он выразил сожаление, что среди российских элит все еще есть те, кто верит в возможность договориться с Западом путем уступок.