Меры поддержки
Государственный Совет Татарстана утвердил закон, обязывающий предприятия республики с численностью свыше 200 сотрудников резервировать рабочие места для участников специальной военной операции. Квота установлена в размере 1% от среднесписочной численности персонала. Норма вступит в силу с 1 января 2027 года.
За уклонение от выполнения квоты предусмотрена административная ответственность: должностные лица заплатят от 20 до 30 тысяч рублей, индивидуальные предприниматели — от 30 до 50 тысяч, юридические лица — от 50 до 100 тысяч рублей. При этом законодатели предусмотрели ряд исключений. От квотирования освобождаются общественные организации инвалидов и созданные ими предприятия, компании, находящиеся в стадии банкротства, а также те, кто проводит или планирует массовые сокращения штата. Кроме того, требование может быть снято, если в региональном банке вакансий отсутствуют подходящие кандидаты из числа ветеранов СВО, соответствующие требованиям работодателя.
Помимо Татарстана, законы о квотировании рабочих мест для ветеранов СВО уже приняты как минимум в 40 регионах России — от Санкт-Петербурга до Якутии. Они устанавливают обязательный процент рабочих мест для участников спецоперации на предприятиях с определенной численностью сотрудников. Так, например, в Ивановской области с 1 сентября 2026 года предприятия со штатом более 100 человек обязаны резервировать 1% рабочих мест для ветеранов, похожая мера действует в Оренбургской области. В Ленинградской области работодатели с численностью 100 человек обязаны предоставлять как минимум одно рабочее место для ветеранов боевых действий. Самые высокие требования установлены в Ростовской области. Там работодатель должен выделить 3% мест при штате компании свыше 35 человек.
В ряде регионов используют не квоты, а субсидии для работодателей в качестве поощрительного инструмента. В Вологодской области работодатели могут получить от регионального Соцфонда от 121 до 264 тысяч рублей за трудоустройство ветерана СВО. Свердловская и Краснодарская области также компенсируют работодателям часть затрат на оплату труда трудоустроенных ветеранов: от 3 до 6 МРОТ в зависимости от категории работника.
Дискриминация ветеранов
При этом ощутимых результатов эти меры пока не дали. Генеральный прокурор РФ Александр Гуцан в марте 2026 года признал, что в регионах плохо организовано трудоустройство ветеранов СВО. Проверки центров занятости показали, что работой обеспечили менее половины обратившихся за помощью вернувшихся участников боевых действий. В качестве примера вопиющего нарушения Гуцан привел случай, когда инвалиду, потерявшему стопу в бою, предложили стать дворником — он назвал это издевательством.
Проблемам с трудоустройством ветеранов было посвящено ток-шоу «Будем жить!», выходившее на Первом канале прошлым летом. Во втором выпуске передачи участник боевых действий Тимур Громов рассказал о трудностях с поиском работы после возвращения с фронта. Раньше он занимал руководящую должность в московской компании, но после демобилизации столкнулся с отказами на собеседованиях в Воронеже. Как пояснил сам Громов, работодатели не объясняли причин напрямую, однако через знакомую в отделе кадров одной из компаний он узнал, что отказы были связаны с его статусом ветерана СВО. После этого Громов убрал из резюме информацию об участии в боевых действиях и смог трудоустроиться курьером. Позже выяснилось, что мужчина сам отказывался от предлагаемых Центром занятости населения вариантов, потому что его не устраивали условия и зарплата.
Комплексный подход
Председатель комитета Госдумы по соцполитике и труду Ярослав Нилов в беседе с ВФокусе Mail заявил, что эффективность квот напрямую зависит от того, насколько региональные власти серьезно подходят к вопросу.
У нас уже есть целая система инструментов: нацпроект, кадровые центры при региональных правительствах, социальный контракт. Последний, кстати, дает участникам СВО гораздо больше гибкости — можно не просто устроиться на работу, а открыть своё дело или пройти переобучение. Вопрос в том, чтобы люди знали об этих возможностях и умели ими пользоваться, — пояснил он.
По словам Нилова, у работодателей уже есть обязанность соблюдать квоту для инвалидов, в том числе для инвалидов боевых действий. Это значит, что законодательная база для трудоустройства ветеранов с ограничениями по здоровью уже существует — ее нужно лишь применять более активно и адресно. При этом практика трудоустройства участников СВО в рамках квот уже прошла апробацию.
В частности, в прошлом году состоялся чемпионат «Абилимпикс», в котором принимали участие ветераны специальной военной операции со всей страны. Мероприятие не ограничивалось соревновательной частью — важным элементом стало последующее трудоустройство участников.
Нилов обратил внимание на то, что государственные субсидии на трудоустройство инвалидов и оснащение рабочих мест остаются невостребованными.
Работодатели просто не знают о том, что могут получить деньги на организацию рабочего места для инвалида. Информация есть, но она не доходит до адресата. Надо активнее продвигать эти программы через социальную рекламу, порталы, кадровые центры, — отметил он.
Парламентарий предупредил, что при введении квот важно избежать формального подхода, когда работодатели будут предлагать ветеранам самую низкооплачиваемую работу лишь для выполнения требования.
Здесь нельзя допустить перекоса. Нельзя допустить, чтобы ветеранам предлагали самую дешевую, непрестижную работу только ради отчетности. Это не решит проблему, а только создаст новую — социальную напряженность и разочарование, — заявил он.
Депутат также напомнил, что законодательно были сняты некоторые ограничения по здоровью для участников СВО, желающих трудоустроиться в силовые структуры. Речь идет не о боевых должностях, а о тех направлениях, где физическое состояние не является определяющим.
«Научная деятельность, работа в клубе, в библиотеке, в научном центре — это те сферы, где можно трудиться, несмотря на имеющиеся ограничения по здоровью», — добавил он.
Нилов рассказал, что в реабилитационных центрах уже начинают проводить профориентационные мероприятия для бойцов, находящихся на лечении. Эта практика впервые появилась в Казани, а затем была направлена в Фонд по защите Отечества и Министерство обороны — вскоре ее масштабируют на всю страну.
Только комплексный подход, по мнению парламентария, сможет реально помочь ветеранам с трудоустройством. Без этого даже самые жесткие штрафы останутся формальностью, а участники боевых действий продолжат сталкиваться с бюрократическими барьерами и непониманием со стороны работодателей, которые не всегда готовы идти навстречу, даже если закон предписывает им это делать.