Нововведения в ЕГЭ
Глава Рособрнадзора Анзор Музаев на пресс-конференции в ТАСС, посвященной итогам пересдачи ЕГЭ, анонсировал изменения, которые могут кардинально повлиять на систему выпускных экзаменов в России. По его словам, к 2030 году в ЕГЭ по гуманитарным дисциплинам может появиться обязательная устная часть.
При этом он не уточнил, каких именно предметов это коснется и в каком формате может быть введена устная часть, но отметил, что это будет поэтапный процесс, который займет несколько лет и потребует внушительной методической подготовки, а также изменения подхода к преподаванию гуманитарных дисциплин в школах. Кроме того, он опроверг слухи об отказе от ЕГЭ по обществознанию, который остается обязательным для поступления на многие популярные специальности, включая право, юриспруденцию, социологию и политологию.
Также стало известно, что в ближайшие годы российские школы перейдут на новые единые учебные пособия по всем предметам, которые будут синхронизированы со стандартами ЕГЭ. Это означает, что содержание экзаменов и школьных программ будет приведено к единому знаменателю, что, по задумке ведомства, должно устранить разрыв между тем, что изучают ученики, и тем, что от них требуют на экзаменах.
Новая старая модель
Сопредседатель движения «Образование для всех», академик Сергей Комков в беседе с ВФокусе Mail заявил, что планы Рособрнадзора по введению устной части в ЕГЭ — это важный и давно назревший шаг, который фактически может привести к пересмотру всей системы итоговой аттестации. По его словам, хотя инициатива подается как новация, на самом деле она возвращает нас «к проверенной временем модели, которая существовала в советской школе и успешно зарекомендовала себя на протяжении десятилетий».
Мы изначально говорили, что ЕГЭ, задуманный как тестовый экзамен по американскому образцу, требует серьезной доработки. Последние 20 лет ведется активная работа над его совершенствованием: сначала появились письменные задания, а теперь наконец-то речь идет и об устной части. Это правильное и своевременное решение, которое приближает нас к более объективной и глубокой оценке знаний, — отметил он.
Эксперт напомнил, что сегодня устная часть присутствует только в экзаменах по иностранным языкам (английскому, французскому, немецкому, испанскому и китайскому). Аттестация по этим предметам состоит из двух частей, при этом на раздел «Говорение» отводится около 15−17 минут. Его сдают в специально оборудованных аудиториях с компьютерами и наушниками в отдельные дни.
Академик убежден, что введение устного экзамена позволит оценивать не только формальные навыки, а подлинное понимание предмета.
Ученик не просто заполняет бланки, а показывает, как он мыслит, как аргументирует, как видит произведение, как способен совладать с собой в состоянии стресса, ответить на дополнительные вопросы. Для литературы, истории это особенно важно. Сочинение — это одно, а устный ответ перед комиссией — совсем другое. Там видно, насколько человек действительно проникся материалом, что у него в голове, — пояснил он.
Эксперт также обратил внимание на важность доверия к учительскому сообществу, которого сегодня не хватает. Он считает, что если бы экзамены принимали школьные комиссии из тех педагогов, которые обучали выпускников, это позволило бы снизить стресс и сделать оценку более справедливой.
«Во главе комиссии должен находиться директор школы, а представители вышестоящих органов образования могут присутствовать для контроля. Это восстановит связь между учителем и учеником, которая была утрачена в погоне за формальными показателями», — полагает эксперт.
Комков также выразил надежду, что предстоящие изменения будут проходить при широком общественном обсуждении и с учетом мнения учителей, что позволит избежать ошибок и сделать итоговую аттестацию более справедливой и гуманной.
«Мы все заинтересованы в том, чтобы наши дети получали качественное образование и сдавали экзамены в комфортной обстановке. И то, что сейчас обсуждается, это шаг в правильном направлении. Однако хотелось бы, чтобы форма экзамена уже устаканилась, и не приходилось каждые несколько лет перестраивать систему подготовки. Постоянные изменения дезориентируют и учителей, и учеников. Чем быстрее мы придем к стабильной модели, тем лучше для всех», — заключил он.