Секретная операция
The New York Times опубликовала расследование, основанное на данных американских, израильских и иранских источников. Согласно ему, Израиль в течение нескольких лет вел тайную операцию по вербовке бывшего президента Ирана Махмуда Ахмадинежада. В израильской разведке Моссад его рассматривали не просто как ценного агента, а как потенциального лидера Ирана — фигуру, которая могла бы возглавить страну в случае смены режима.
По версии издания, контакты начались еще в 2023 году. Первая встреча предположительно состоялась во время поездки Ахмадинежада в Гватемалу, а в 2024—2025 годах переговоры продолжились в Венгрии, куда экс-президент приехал под видом участника конференции по климату в университете имени Людовики в Будапеште. На тот момент глава Моссада Давид Барнеа, по данным газеты, лично встречался с Ахмадинежадом в венгерской столице. Израиль, как утверждается, не только обеспечивал бывшему президенту финансовую поддержку, но и оплачивал его поездки.
Кульминацией этого плана должна была стать операция в конце февраля 2026 года — в первые дни американо-израильской военной операции против Ирана. Агенты Моссада, по данным NYT, вывезли Ахмадинежада в конспиративное убежище на территории Ирана. Однако план провалился: бывший лидер был разочарован израильским сценарием возвращения к власти и в итоге покинул убежище. Впоследствии иранские власти узнали о его контактах с Израилем, и Ахмадинежад оказался под домашним арестом разведывательного подразделения Корпуса стражей исламской революции, пишет NYT.
Офис бывшего президента Ирана оперативно опроверг публикацию американского СМИ. В официальном заявлении материал назван «полностью ложным», содержащим утверждения «в голливудском стиле».
Махмуд Ахмадинежад занимал пост президента Ирана с 2005 по 2013 год. Во время его правления страна значительно ускорила развитие ядерной программы, а сам политик неоднократно выступал с жесткой антиизраильской риторикой и отрицал Холокост. После ухода с поста он несколько раз безуспешно пытался вновь баллотироваться на высший пост, но не был допущен к выборам. В последние годы он дистанцировался от части консервативного истеблишмента, критиковал отдельных представителей власти и выступал с популистскими инициативами, сохраняя при этом собственную политическую базу сторонников.
На минувшей неделе Ахмадинежад появился на церемонии прощания с верховным лидером Ирана Али Хаменеи — это стало его первым публичным появлением после конца февраля. А 11 июля он принял участие в заседании Экономической комиссии Совета по определению государственной целесообразности, где обсуждались пути решения экономических проблем Ирана.
«Информационная операция израильтян»
Кандидат политических наук, консультант ПИР-Центра Леонид Цуканов в беседе с ВФокусе Mail заявил, что утечку стоит рассматривать, в первую очередь, как информационную операцию Израиля.
«Израильтяне больше других заинтересованы в дестабилизации внутренней ситуации в Иране. Сама мысль о том, что ультраконсерватор, пусть и неоднозначный, но популярный у части иранцев, вдруг оказывается агентом израильской разведки, — это мощный имиджевый удар. Если такой тезис запустить в информационное пространство, часть сторонников отвернется от политика, а его противники получат повод для преследований. В итоге Израиль убирает с поля сильную фигуру», — пояснил эксперт.
По его словам, ранее на Ахмадинежада уже покушались, а похожие вбросы уже были в случае с командующим элитными силами КСИР Исмаилом Кани, которого тоже обвиняли в работе на израильскую разведку.
Сначала пытались дискредитировать командующего силами КСИР Исмаила Кани, но та операция провалилась. Теперь аналогичный подход применяют к Ахмадинежаду. Методика та же — цель сменилась, — отметил Цуканов.
При этом политолог считает, что полностью исключать реальность контактов Ахмадинежада с израильтянами нельзя.
«В истории Ирана уже был случай, когда руководитель спецподразделения по борьбе с агентурой Моссада сам оказался агентом Моссада. Поэтому такой заход вполне реален при определенных условиях. Переход на сторону оппонента никогда не бывает беспричинным. Это всегда расчет: власть, безопасность, финансы. Ахмадинежаду такая ставка давала шанс реально побороться за власть при поддержке сильного игрока и избежать участи тех, кого уничтожают или нейтрализуют. Это достаточно сильная мотивация», — заключил он.
Цуканов подчеркнул, что у Ахмадинежада сохраняется статус «обиженного политика». Ему не давали выдвигаться на выборы, не допустили до кадровой гонки после смерти Раиси.
«У него реальных рычагов влияния на политику до недавнего времени было не так много», — заверил эксперт.
Однако ситуация постепенно меняется. В иранском обществе набирают силу ультраконсервативные настроения, укрепляются позиции «ястребов», выступающих за жесткий внешнеполитический курс.
«В этом контексте у Ахмадинежада уже набирается определенный символический капитал, который позволит ему предпринять еще одну попытку в борьбе за власть», — резюмировал он.