Почему человейники не так страшны
Ксения Бородина начала интервью с вопроса о том, насколько человейники (гигантские комплексы из многоэтажек) естественное явление для современного города или болезнь, которую надо лечить?
Никита Стасишин ответил: «Как устроена жизнь в большом городе? Проснулся, поехал на работу, перекусил, вечером какие-то активности — и спать. Формат плотной застройки, который в народе называют человейниками, а по-государственному — застройка с высокой плотностью, — это, по сути, тысяча квартир в одном доме. Такая застройка имеет смысл, когда человек проводит дома всего 5−6 часов в сутки. Плюс она доступнее. Чем выше плотность, тем меньше тратится денег на сети, инфраструктуру, социальные объекты. В таком жилье живет много молодежи, они часто снимают квартиры, а со временем уже понимают, какой формат им удобнее. Плохо или хорошо — нет такого определения. Важен сам формат. Если он вас устраивает — вы живете спокойно. Если нет — переезжаете туда, где комфортнее».
Сам замминистра родился и вырос в Санкт-Петербурге, в спальном районе на проспекте Просвещения. «В человейнике. И ничем это хуже мне не сделало», — добавил он.
Как связаны частный сектор и рождаемость
На вопрос Ксении Бородиной о том, является ли индивидуальное жилье реальной альтернативой квартире для семьи, Стасишин ответил утвердительно.
Это более чем реальная альтернатива по нескольким факторам. Мы все пережили ковид, и изоляция прошла не безболезненно для семей, для отношений. Когда есть индивидуальный дом, там метраж, как правило, больше, электричество иногда отключает. Это способствует увеличению рождаемости.
Он подчеркнул, что индивидуальные дома с точки зрения комфорта проживания и воспитания детей всегда лучше
«Очень важно еще, в каком городе и в каком регионе находятся индивидуальные жилые дома. Если мы говорим, например, про Южный федеральный округ либо Центральный, где чернозем, там еще можно что-то выращивать. Я каждое лето уезжал в деревню. Было здорово. Всегда хотелось поехать к бабушке», — заметил он.
Однако у такого жилья есть и минусы. «Если ты работаешь в центре Москвы, добираться из загородного дома каждый день проблематично. Я тоже жил за городом и переехал в Москву, потому что возить детей в школу, на кружки, в садик было довольно сложно».
Про престиж профессии строителя
Бородина спросила у замминистра: модно и перспективно ли сегодня быть строителем? Никита Стасишин вспомнил, как его в школе учителя и родители пугали ПТУ. «Сегодня профессия строитель очень престижна с точки зрения как минимум заработной платы и востребованности, — заявил он. — С учетом того, что у нас возродилось среднее специальное образование, зарплаты на стройках у каменщиков, разнорабочих, плотников сегодня зачастую кратно выше, чем зарплаты социологов, политологов, менеджеров».
Стасишин раскрыл небольшую тайну: его назначили на эту должность в 30 лет, и он стал самым молодым замминистра в стране, отвечающим за строительную отрасль. Тогдашний первый вице-премьер Игорь Шувалов, по словам чиновника, поставил ему условие: «Пусть хоть кто-то из замов получит строительное образование». И Стасишин, который до этого имел только экономический диплом, отправился учиться — и окончил Московский государственный строительный университет.
«Сегодня и министр, и вице-премьер, и все замы — строители. Образование очень важно», — подчеркнул Стасишин.
Кто отвечает за облик города
Арсений Попов поинтересовался, кто же на самом деле отвечает за внешний облик городов, и есть ли «главный архитектор», с которым согласовываются все проекты.
Стасишин привел в пример Москву и команду Сергея Собянина. «Лучше города по безопасности, по всему, что с этим связано, я не знаю, — сказал он. — Я гулял накануне по Музеону и в Парк Горького зашел. Там столько молодежи, что-то снимают, играют. Там офигенно».
Замминистра отметил, что хочется, чтобы такие пространства появлялись в разных городах. «Это не вопрос денег, это вопрос желания губернатора, главного архитектора и команды сделать что-то, что даст возможность молодежи получать удовольствие. А это значит, что они не будут уезжать в Москву или Петербург, они будут в ответ любить свой город», — пояснил он.
Когда ведущий спросил, почему многие российские города можно спутать между собой, Стасишин ответил, что ситуация начала меняться. «За последние пять лет появилась коллаборация исторической части, восстановленных зданий и новой комфортной городской среды. И во все это активно заходит малый бизнес с супервкусной едой. Стритфуды начинают конкурировать за качество и вкус — это здорово», — пояснил он.
При этом замминистра считает, что важно смотреть на комплекс, чтобы новое не диссонировало со старой застройкой. «Есть центр большого города, не буду называть, где до сих пор стоят бараки и частные дома, а вокруг — человейники на месте бывших сельхозземель. Так, конечно, делать нельзя», — добавил Стасишин.
Он также рассказал о программе ДОМ.РФ для молодых архитекторов, в рамках которой со всей страны собирают талантливую молодежь, возят по миру, показывают лучшие и худшие практики развития городов: «А потом они возвращаются в свои города. И мы очень внимательно следим, чтобы местная власть назначала их главными архитекторами. Чтобы они могли реализовать свою любовь к родному городу уже не на словах, а через нормативные документы, через реальные проекты».
Высотки в чистом поле и грядки во дворе
Ксения Бородина поинтересовалась у замминистра, почему комплексный подход — когда вместе с новым домом строят школу, поликлинику и парк — часто остается лишь на бумаге. На деле же строительные компании возводят высотку в чистом поле без необходимой инфраструктуры. Стасишин признал, что такая практика существовала в те времена, когда застройщики конкурировали только ценой квадратного метра.
«Сегодня застройщики конкурируют качеством продукта, — сказал он. — Качество продукта — это не только цена квадратного метра, и это даже не только садик-школа-поликлиника. Например, в Тюмени и в Екатеринбурге есть застройщик, который предлагает в рамках благоустройства грядки».
«А соседи не подерутся потом?» — спросила Бородина. «Дерутся, но уже на другую тему, — с улыбкой ответил замминистра. — Понимаете, благодаря таким фишечкам компании и конкурируют. Это приводит к улучшению качества жизни и созданию по-настоящему комфортной среды для проживания».
О работе и счастье
Стасишин признался, что его как чиновника, который занимается нормотворчеством и стратегическими решениями, а не строит руками, выводят из себя две вещи. Первое — тупость сотрудников. «Вроде все объяснил, ушел, приходит, говорит “хорошо”, а потом является с третьим вариантом. Вы зачем пришли с третьим вариантом? Вас никто не просил, вам сказали, как надо. Зачем вы подумали, что так будешь лучше?» — посетовал замминистра.
Второе — пустая трата времени. «Мы сначала бежим в одну сторону, потом концепция меняется — бежим в другую» — сказал он, добавив, что после этого хочется больше времени проводить в деревне.
Впрочем, все это, по словам Стасишина, меркнет перед теми моментами, когда видишь счастливые лица людей, которые покупают квартиры или переезжают из аварийного жилья в новые дома.
