Фатальная ошибка
В приемное отделение Чулымской центральной районной больницы бригада скорой помощи доставила 58-летнего мужчину. Состояние пациента было тяжелым: он находился практически без сознания, с явными признаками черепно-мозговой травмы. По предварительным данным, мужчина получил травму в результате падения или удара, и счет шел на минуты.
Однако вместо того, чтобы немедленно приступить к осмотру и оказанию помощи, дежурный врач-хирург поверхностно оценил состояние пациента. Увидев, что мужчина заторможен и невнятно реагирует на вопросы, хирург сделал поспешный вывод о том, что пострадавший «просто пьян». Никакого объективного обследования, измерения уровня сознания, проверки зрачковых реакций, даже попытки установить точный диагноз проведено не было. В итоге пациента оставили в палате без должного наблюдения на всю ночь.
Как позже установило следствие, медсестра, работавшая в ту смену, также не выполнила свои обязанности. Она не оформила историю болезни, не зафиксировала жалобы или состояние пациента, не измерила артериальное давление, пульс и другие показатели жизнедеятельности. Фактически мужчина оказался брошенным на произвол судьбы в больничной палате.
Хирург, который, по данным прокуратуры, в тот вечер был официально назначен дежурным, вообще покинул территорию больницы. Он не передал пациента другому врачу, не оставил никаких указаний медперсоналу, не убедился в том, что наблюдение за тяжелым больным продолжается.
Утром состояние мужчины резко ухудшилось, но спасти его уже не удалось — он скончался, так и не дождавшись квалифицированной помощи. Позже судебно-медицинская экспертиза подтвердила, что тяжелая черепно-мозговая травма была несовместима с жизнью, но при своевременном и правильном лечении у пациента был шанс выжить.
Родственники погибшего, потрясенные случившимся, обратились в СК. Началась проверка, которая быстро переросла в уголовное преследование. В отношении врача-хирурга и медсестры возбудили уголовные дела по части 2 статьи 124 УК РФ — неоказание помощи больному без уважительных причин, повлекшее по неосторожности смерть пациента, которая предусматривает до четырех лет лишения свободы.
В декабре 2025 года Чулымский районный суд вынес первый приговор — медсестре назначили 1,5 года лишения свободы условно с испытательным сроком и запретом заниматься медицинской деятельностью на полгода. Позже аналогичное наказание получил и хирург. Врач попытался обжаловать приговор, но вышестоящая инстанция оставила его без изменений, согласившись с выводами районного суда.
Формальности и факты
В суде хирург отрицал свою вину, утверждая, что не был дежурным и официально ему пациента не передавали. Медицинский адвокат Ирина Гриценко рассказала ВФокусе Mail, почему такой аргумент ему не помог.
Принципиальным является вопрос о том, кто именно в конкретный момент являлся лечащим врачом пациента, — объясняет Гриценко. — Согласно 323‑ФЗ, медицинская помощь всегда оказывается лечащим врачом. В условиях приемного отделения лечащим врачом, как правило, становится тот, кто принял пациента и начал осуществлять медицинское наблюдение и принимать решения по тактике лечения.
По словам адвоката, в таких делах суд всегда оценивает несколько факторов: кто принял пациента при поступлении, кто проводил первичный осмотр, как осуществлялась передача между сменами, какие записи были внесены в медицинскую документацию.
«На практике одна из слабых позиций медицинских учреждений — недостаточно корректное оформление приема и передачи пациента, — отмечает Гриценко. — Нередко это оформляется формально — через табели, графики дежурств или внутренние журналы, которые сами врачи могут не подписывать. Однако впоследствии именно эти документы становятся ключевыми доказательствами в уголовном деле».
Если защита строится на доводе о том, что пациента официально не передавали, суд изучает внутренние документы медучреждения, графики дежурств, медицинские записи, а также фактическое участие врача в принятии решений.
«И если суд пришел к выводу о том, что именно данный хирург являлся лечащим врачом либо фактически осуществлял ведение пациента, то такой довод защиты, вероятнее всего, был признан несостоятельным», — резюмирует адвокат.
Кроме того, подчеркивает Гриценко, значение имеет установление причинно-следственной связи между бездействием врачей и смертью пациента. Следователи заказывают экспертизы, чтобы понять, какая помощь не была оказана, в какой момент, был ли этот момент критическим для жизни пациента.
Юрист предполагает, что такой мягкий срок мог быть назначен из-за набора смягчающих обстоятельств, которые обычно учитываются в подобных делах: отсутствие судимости, совершение преступления впервые, положительные характеристики, длительный профессиональный стаж, наличие детей или иждивенцев, состояние здоровья и возраст подсудимого, раскаяние, частичное признание обстоятельств, оказание помощи после случившегося, наличие наград, отсутствие дисциплинарных взысканий.
«Отягчающими обстоятельствами могут выступать попытки сокрытия нарушений, фальсификация медицинской документации, нахождение медицинского работника в состоянии опьянения, — перечисляет адвокат. — Однако на практике по делам данной категории отягчающие обстоятельства устанавливаются значительно реже».
Суд также оценивает степень нарушения профессиональных обязанностей, возможность предотвратить летальный исход, поведение врача после произошедшего и данные о личности подсудимого.
Кто заплатит родственникам
Как сообщается, суд будет отдельно рассматривать гражданский иск о компенсации морального вреда, который родственники погибшего намерены предъявить. Медицинский адвокат Ирина Гриценко расказала, кто обычно является надлежащим ответчиком по таким искам и в чем разница с точки зрения реального получения денег.
«Если речь идет о самостоятельном иске о компенсации морального вреда без уголовного преследования, ответчиком, как правило, выступает медицинская организация, — поясняет Гриценко. — При рассмотрении же уголовного дела гражданский иск обычно рассматривается после вынесения приговора — отдельно. И здесь фактически ответчиком является лицо, в отношении которого постановлен приговор».
Однако адвокат обращает внимание на важный нюанс, который коренным образом меняет ситуацию. Согласно статье 1068 Гражданского кодекса РФ, юридическое лицо обязано возместить вред, причиненный его работником при исполнении трудовых обязанностей. Это означает, что ответственность за действия врача и медсестры в конечном счете несет сама Чулымская центральная районная больница как работодатель.
Тот факт, что врач и медсестра осуждены, никак не освобождает больницу от обязанности компенсировать моральный вред, — уверена Гриценко. — Более того, даже если бы уголовное дело прекратили, работодатель все равно обязан отвечать за своих сотрудников при исполнении ими служебных обязанностей.
То есть наличие приговора или его отсутствие не влияет на обязанность больницы заплатить. С точки зрения перспектив взыскания разница между ответчиком-физлицом и ответчиком-юрлицом колоссальная.
С одной стороны, если родственники будут взыскивать деньги напрямую с хирурга и медсестры (как с физлиц), они могут столкнуться с огромными трудностями. У врачей может не быть дорогостоящего имущества или крупных накоплений. Судебные приставы будут вынуждены заниматься взысканием годами, удерживая проценты с зарплаты. Как отмечает адвокат, «это приводит к длительному исполнительному производству и многолетним выплатам».
С другой стороны, если суд в рамках гражданского иска возложит ответственность на Чулымскую ЦРБ, процесс пойдет кардинально иначе. У больницы есть расчетные счета, она получает бюджетное финансирование. «Взыскание с медицинской организации, как правило, происходит быстрее и эффективнее, поскольку у учреждения всегда имеются денежные средства», — подытожила Гриценко.
