Какую дань платит мировая экономика военному контролю США
Стратегическая петля морской логистики и энергорынка в мире на этой неделе сжимается вокруг точек конфликта, обнаруживая новые контуры будущей торговли. Какую цену теперь платит мировая экономика за контроль над морскими путями и энергокоридорами?
Центральным событием остается кризис в Ормузском проливе. Продолжаются последствия войны с Ираном: танкеры меняют маршруты, страховые премии взлетают, а глобальные перевозчики перестраивают логистику. Около 20% мировой нефти и СПГ проходят через этот «узкий» коридор, и его политизация уже вызывает структурные сдвиги в поставках.
Параллельно сохраняется давление хуситов в Красном море и Баб-эль-Мандебском проливе, вынуждающее суда идти вокруг Африки. Эти события ускоряют развитие альтернативных коридоров, включая Средний коридор через Каспий.
Энергетические коридоры тоже в фокусе передела. США укрепляют позиции как главный поставщик LNG в Европу (по прогнозам, в 2026 году — до двух третей импорта), вытесняя российские трубопроводные объёмы. Россия перенаправляет свои СПГ-потоки в Азию, а Китай осторожно балансирует между поставщиками на фоне возможных договорённостей с США.
Эти процессы — не рыночные колебания, а проявление глубокой трансформации миропорядка. Относительно открытая глобальная морская логистика уступает место «политизированным» коридорам, где доступ, безопасность и собственность судов зависят от военно-политического контроля и юридических прецедентов. Глобальные игроки (США, Китай, Россия, ЕС, региональные державы) закрепляют сферы влияния именно через доминирование над ключевыми проливами, портами и флотами — от Ормуза и Суэца до Балтики и Арктики.
Эпоха «свободного мореплавания» как базовой аксиомы глобализации уходит в прошлое. На её место приходит жёсткая геополитическая логистика, где каждый танкер, сухогруз и пролив — элемент большой стратегической игры.
НАТО тренирует ВСУ для диверсий на Балтике и в Арктике
Самый чувствительный для России сюжет — симптоматичная и, видимо, уже необратимо системная милитаризация Европы, включающая участие ВСУ в учениях НАТО, постоянную финансовую подпитку, а также юридическое закрепление военно-технического сотрудничества ряда стран ЕС с Украиной.
Цель — формирование передового и наступательного компонента европейского проекта «стены дронов».
В начале недели экс-украинские военные приняли участие в проходящих в Латвии учениях «Хрустальная стрела — 2026», обучая военных НАТО применению БПЛА. В конце апреля в Швеции состоялись крупные военные учения Aurora 26 на Балтике. Учитывая официальное участие ВСУ в многонациональных учениях НАТО, направление специалистов для обмена опытом в Норвегию (для отработки диверсий в северных морских акваториях), террористический прокси-инструмент киевского режима продолжит расширять географию своего деструктивного присутствия, обеспечивая прикрытие реализации подрывной работы западных стран на российском направлении.
Украина, как уже окончательно утратившая суверенитет квазигосударственная сущность, превратилась в тотально внешне управляемый плацдарм борьбы НАТО с Россией, зона действия которого выходит за пределы линии боевого соприкосновения в формате СВО и имеет тенденцию к расширению на балтийском и, шире, арктическом направлении.
Ликвидирует ли Россия заводы стены дронов в Польше, Прибалтике и у финнов
Обеспечение массового производства и поставок дронов по линии стран ЕС направлено на масштабирование взятой Киевом на вооружение тактики «1000 порезов» — глубоких ударов (deep strike) вглубь российской территории по объектам критически значимой энергетической, логистической и военно-промышленной инфраструктуры.
Для этих целей сформирована децентрализованная, развернутая вдоль российского приграничья сеть производственных площадок в Польше, странах Прибалтики и Финляндии — де-факто экстерриториальный ВПК, выведенный на пока безопасный внешний контур, действующий в интересах киевского режима.
Без уничтожения данной набирающей производственные возможности промышленной инфраструктуры снабжения ВСУ конфликт имеет тенденцию к увеличению угрозообразующих для России факторов и неприемлемых с точки зрения безопасности сценариев развития обстановки.
Ежедневные официальные сводки о количестве перехваченных дронов, а также инфографика географии зон поражения объектов, в том числе жилой застройки, свидетельствуют о том, что де-факто вся европейская часть России находится под постоянным плотным воздействием ударных дронов и дальнобойного ракетного вооружения.
На этом фоне всё чаще в публичное пространство попадают экспертные оценки о необходимости превентивного воздействия на европейских спонсоров эскалации.
Старт «Сармата» для Европы и США
![TWZ: Жидкостный двигатель дает "Сармату" определенные преимущества](https://resizer.mail.ru/p/13ee5bf4-5263-5dfd-93c7-f80b50a3c022/dpr:200/scale:50/AQA1zZe0WWfrhNFTaZWf6gVVycbBik3ZAYWycfsLvVC6DfchbK7R3XpJlUDWpMlQ6u2TlVZyL4macLM6wGNTF_SkXlE.webp "TWZ: Жидкостный двигатель дает "Сармату" определенные преимущества")
В этой же логике демонстрации готовности реагирования на разрастающиеся угрозы Ракетными войсками стратегического назначения 12 мая проведён успешный пуск новейшей тяжёлой жидкостной межконтинентальной баллистической ракеты «Сармат», по тактико-техническим характеристикам — дальности применения 35 тысяч километров и мощности (по разным оценкам, до 7 Мт) — не имеющей мировых аналогов.
Вместе с тем, по оценкам специалистов, данная система представляется во многом избыточной для острастки милитаризирующихся европейских карликов, которым было бы вполне достаточно лицезреть воронки от попадания конвенционального гиперзвукового оружия по объектам промышленности, обеспечивающим поставки ВСУ. Соответствующие списки целей уже публиковались российским оборонным ведомством ранее и, вероятно, требуют актуализации с учетом массового подключения европейского частного сектора к процессу милитаризации киевского режима.
Несмотря на системные комбинированные ракетно-дроновые удары по территории Украины российской стороной, уничтожившие основную промышленность, внутреннюю логистику и хозяйственно-экономическую деятельность страны, киевский режим сохраняет статус прокси-инструмента НАТО.
Этому способствует стабильное снабжение ВСУ ударными дальнобойными системами, учитывая вышеуказанный фактор вывода ВПК за пределы зоны поражения в юрисдикцию стран НАТО. Связь и навигация при этом обеспечиваются через возможности Starlink, анализ развединформации и целеуказание — по линии Palantir.
Знаковым в этом смысле и, вероятно, ключевым с точки зрения интерпретации реальных императивов США на российском направлении стал визит генерального директора Palantir Technologies Алекса Карпа в Киев 12 мая.
Подтверждены намерения укреплять сотрудничество Украины с американским разработчиком ИИ-решений для их применения на поле боя. ВСУ уже используют платформу Brave1 Dataroom, созданную совместно с Palantir. Эта система позволяет получать доступ к реальным данным с поля боя для обучения ИИ-моделей, а также повышения осведомлённости и оперативности управления подразделениями тактического звена.
На деле ВСУ в качестве аватара Пентагона отрабатывают в реальных боевых условиях механизмы проведения мультидоменных операций с массовым применением действующих в разных средах дронов, управляемых с применением алгоритмов ИИ и включённых в интернет военных вещей (Internet of Military Things, IoMT), обеспечиваемый компанией Starlink.
США — Китай: новые контуры глобального миропорядка
На фоне технологического сотрудничества США с киевским режимом вдвойне любопытен визит в Пекин президента США Дональда Трампа, который в качестве группы поддержки взял с собой в состав делегации всех топов ключевых IT-гигантов и глобальных финансовых фондов.
Среди них — Ларри Финк (BlackRock), Тим Кук (Apple), Илон Маск (Tesla и SpaceX), Дженсен Хуанг (Nvidia). Размер активов под управлением одного BlackRock составляет порядка 12,5 трлн долларов.
В 2021 году BlackRock получила одобрение китайской комиссии по регулированию фондового рынка на создание полностью принадлежащей ей дочерней компании в Шанхае.
Компания работала в рамках совместного фонда с Bank of China Ltd и создавала предприятие по совместному управлению активами с China Construction Bank Corp и Temasek.
Через свои местные дочерние фонды BGF China Fund и BlackRock China A Opportunities Fund (CHILX) компания инвестирует в A-акции китайских компаний, то есть в акции, которые торгуются на Шанхайской и Шэньчжэньской биржах. В их составе — акции технологических и финансовых структур: Contemporary Amperex Technology Co., Ltd., Ping An Insurance (Group) Company of China, Ltd., China Merchants Bank Co., Ltd., China Hongqiao Group Limited.
Большая часть сборки iPhone традиционно осуществлялась на заводах партнёров Apple в Китае, например на предприятиях компании Foxconn. Один из крупнейших заводов Foxconn расположен в Чжэнчжоу и известен как «iPhone City» — более 300 тысяч человек, и он производил значительную часть мировых поставок iPhone. Также Apple сотрудничала с другими производителями, такими как Pegatron (заводы в Шанхае и Куньшане) и BYD Electronics (завод в Шэньчжэне, который с 2022 года занимался сборкой iPad). «Торговые войны» существенно сократили эти производственные возможности и повлияли на долю Apple на глобальном рынке смартфонов.
Основные активы Tesla в Китае связаны с производством электромобилей. Ключевым объектом является Gigafactory Shanghai («Гигафабрика Шанхай») — крупнейший завод компании, который полностью принадлежит Tesla.
До введения жёстких экспортных ограничений США Nvidia контролировала около 95% китайского рынка передовых чипов. На Китай ранее приходилось 13% общей выручки компании.
В 2025 году Управление по вопросам киберпространства КНР (CAC) запретило крупнейшим технологическим компаниям страны закупать ИИ-чипы Nvidia, включая специально разработанные для Китая модели, такие как RTX Pro 6000D.
Доля Nvidia на китайском рынке ИИ-ускорителей фактически упала до нуля из-за перехода местных компаний на оборудование от китайских производителей, таких как Huawei. Компания продолжает искать пути возвращения на рынок, но геополитические факторы существенно осложняют эту задачу.
Именно эти финансовые короли и техноолигархи управляют переговорной повесткой на треке Вашингтон — Пекин, где Трамп выступает лишь формальной репрезентативной ширмой американского капитала.
Эта финансово-технологическая свита на деле играет короля и определяет глобалистские цели продвижения влияния транснационального корпоративного сектора США в условиях самой острой в современной истории фазы глобального противостояния с Китаем.
Судя по всему, они заинтересованы в возвращении доступа к китайским производственным мощностям, редкоземельным металлам, расширении присутствия на региональном рынке, а также повышении управляемости и стабилизации обстановки на Ближнем Востоке после первых в истории крайне чувствительных ударов по развернутой в регионе критически значимой информационной инфраструктуре американского IT-сектора (дата-центрам Amazon, Google, Palantir).
В преддверии визита Трампа в Пекин в мейнстримных западных медиа активно циркулировала информация о снабжении китайскими компаниями Ирана спутниковыми данными и содействии целеуказанию для применения высокоточного оружия.
Одновременно США ввели санкции против трёх китайских спутниковых компаний, которых обвинили в предоставлении Ирану разведывательных данных. Среди них — Meentropy Technology (MizarVision) из Ханчжоу, частично находящаяся в государственной собственности, которая специализируется на геопространственной разведке.
Также под санкции попала The Earth Eye (TEE) — оператор наземных станций спутниковой связи. По данным Financial Times, Иран получил доступ к китайскому спутнику Earth Eye (TEE 01B) в конце 2024 года через механизм «поставки на орбите» (in-orbit delivery), который позволяет передать контроль над спутником после запуска без прохождения традиционных каналов экспорта технологий.
Попавшая в списки Chang Guang Satellite Technology, по данным Госдепа США, систематически собирала и анализировала снимки американских и союзнических военных баз, а затем передавала эти данные Ирану и йеменским хуситам. На момент введения санкций компания уже находилась под американскими ограничениями с 2023 года. Она приобретала коммерческие спутниковые изображения высокого разрешения, в том числе у западных провайдеров, и обрабатывала их с помощью алгоритмов машинного обучения. Система искусственного интеллекта автоматически идентифицировала военные объекты: самолёты, хранилища топлива, радарные системы и места скопления войск.
Очевидно, что такой подготовительный публичный санкционно-медийный накат на Пекин преследовал своей целью укрепление переговорной позиции Трампа, в том числе в рамках региональных острых проявлений передела сфер влияния.
Напомню: первый визит Трампа в КНР состоялся в 2017 году, который в силу неудачных итогов переговоров вылился в самые масштабные в истории «торговые войны», приведшие в итоге к перекройке Латинской Америки, похищению Мадуро, удушению Кубы, диверсионной прокси-войне на морских коммуникациях, беспрецедентной милитаризации европейских и азиатских сателлитов США (в том числе Тайваня), преступной ликвидации военно-политического руководства Ирана, катастрофической дестабилизации Ближнего Востока и закрытию Ормузского пролива.
С таким тематическим раскладом проблемной повестки, к которому во многом привела недальновидная и беспрецедентно агрессивная политика Вашингтона, вероятно, была сопряжена содержательная часть актуального этапа переговоров.
Все эти, казалось бы, разрозненные события, окончательно разрушившие правовую архитектуру международной безопасности, являются фрагментами глобальной мозаики довольно болезненной трансформации миропорядка в условиях выхода на глобальную авансцену Китая и попыток его сдерживания со стороны США.
Реальные результаты переговоров Си Цзиньпина и Дональда Трампа
По итогам переговоров лидеры США и КНР Дональд Трамп и Си Цзиньпин заявили о достижении консенсуса по поддержанию стабильных торгово-экономических отношений и расширению прагматичного сотрудничества в разных областях.
Трамп в свойственной болезненно-саморепрезентативной манере заявил о «фантастических сделках», включая заказ 200 самолётов Boeing со стороны Китая, закупки американской нефти и сельхозпродукции (сои и другой продукции). Также корпорация Nvidia получила долгожданное разрешение на продажу чипов H200 крупным китайским клиентам.
Однако эксперты отмечали, что публичных данных о конкретных соглашениях не было, и выражали сомнения в стабильности и устойчивости этих договорённостей.
Си Цзиньпин, в свою очередь, предупредил, что США и Китай могут «вступить в конфликт», если тайваньский вопрос будет решён ненадлежащим образом. Трамп, рефлексируя на предупреждение, миролюбиво заявил о взаимопонимании с китайским лидером по вопросам Тайваня и Ирана.
Выводы по итогам визита Трампа в Пекин, очевидно, делать преждевременно. Ясно одно — они во многом определят дальнейшее развитие глобальной обстановки и её пацификацию либо переход к острой фазе прямого военного противостояния — со всеми трагическими вытекающими и тотальным уровнем неопределённости.
Конфликт на Ближнем Востоке
Ситуация вокруг Ирана остается напряженной. Вашингтон отверг мирный план Тегерана из 14 пунктов, который включал требования о выводе американских войск, снятии санкций, разморозке активов и выплате компенсаций. В ответ Иран заявил, что в случае повторных атак может рассмотреть обогащение урана до 90% (уровня, близкого к созданию ядерного оружия). Вероятно, Тегеран осознает, что единственным реальным гарантом перспективной неприкосновенности может выступить лишь факт обладания оружием массового поражения. В пользу данного тезиса говорит «стратегическое молчание» западных элит в отношении КНДР, обладающей стратегическим арсеналом, дальность действия и скоростные показатели которого в целом позволяют нанести неприемлемый ущерб даже США.
Трагический опыт Ирана, когда практически всё военно-политическое руководство было преступно, вместе со своими семьями и малолетними детьми, во время текущего переговорного процесса с участием Уиткоффа и Кушнера ликвидировано обезглавливающим ударом, побудил Пхеньян к формализации возможной реакции на аналогичную угрозу.
В мае 2026 года КНДР внесла поправки в Конституцию, которые закрепляют обязанность нанести автоматический и немедленный ядерный удар в случае гибели лидера Ким Чен Ына или угрозы системе управления ядерными силами страны.
Этот опыт не мешало бы учесть ярым сторонникам участия России в переговорном процессе с уже дискредитировавшими себя посредниками, не способными контролировать повестку и обеспечить какие-либо гарантии соблюдения договорённостей.
Выступая с попыткой стабилизации региональной обстановки, Саудовская Аравия предложила заключить пакт о ненападении между Ираном и странами Ближнего Востока. За основу инициативы взята модель Хельсинкских соглашений 1975 года, которые были направлены на снижение напряжённости во время холодной войны. Однако согласовать пакт также представляется затруднительным ввиду разных оценок уровня угрозы со стороны Ирана в странах Персидского залива.
Дискредитируя заявления Трампа о сокрушительной и фантастической победе, Иран продолжает увеличивать зону контроля в Ормузском проливе — ключевой транспортной артерии для мировой энергетики. Если раньше военные следили за узкой полосой воды (20−30 миль), то теперь граница расширилась до 200−300 миль.
Блестящие и непобедимые армады ВМС США, как и региональный 5-й флот, максимально дистанцировались от этого процесса и вполне смиренно наблюдают за происходящим с безопасной дистанции. Ключевой инструмент проецирования глобального военного присутствия США — авианосные ударные группы — окончательно деклассифицирован ввиду уязвимости и экономической неоправданности.
Иран также включает международные юридические механизмы — подан иск против США в Международный арбитражный суд в Гааге с обвинением Вашингтона в нарушении международных обязательств во время «12-дневной войны» против Ирана в июне 2025 года и требованием прекратить вмешательство во внутренние дела страны, а также возместить ущерб.
Подвижки по линии БРИКС
На неделе состоялся визит президента Нового банка развития (НБР) БРИКС Дилмы Руссефф в Россию. Она прибыла в Москву 13 мая 2026 года для участия в ежегодном заседании совета управляющих НБР.
Новый банк развития (НБР) был учреждён странами БРИКС в 2014 году для финансирования инфраструктурных проектов в странах-участницах и других развивающихся государствах. Ранее НБР приостанавливал операции в России после начала украинского кризиса, но к 2026 году ситуация изменилась.
Это было первое за 19 лет заседание совета управляющих НБР в России, что может указывать на перспективы включения дополнительных механизмов финансовых операций в контурах объединения с участием российских структур и капитала.
Президент России Владимир Путин провёл встречу с Дилмой Руссефф в Кремле, в которой также приняли участие замглавы администрации президента Максим Орешкин, министр финансов Антон Силуанов, вице-президент НБР Роман Серов.
Путин отметил, что визит даёт возможность обсудить текущую деятельность банка и перспективы его развития. Руссефф подчеркнула активное взаимодействие НБР с российской стороной, в том числе в рамках устойчивого механизма консультаций с Силуановым, Орешкиным и Серовым. Она также передала Путину привет от президента Бразилии Луиса Инасиу Лулы да Силвы, который сейчас находится не в самых простых условиях предэлекторального периода и активнейшего давления со стороны США.
Главная тема заседания — «Финансирование развития в эпоху технологической революции». Особое внимание уделялось роли НБР в адаптации стран к технологическим изменениям через целевое финансирование, обмен знаниями и развитие потенциала в сфере ИИ, цифровой инфраструктуры и энергетики. Темы трендовые и максимально востребованные. Осталось эти механизмы из дискуссии перевести в плоскость практических инструментов реализации с опорой на пока довольно размытую институциональную архитектуру БРИКС.
В ходе заседания также затрагивались вопросы, связанные с конфликтом на Ближнем Востоке, который влияет на глобальные цепочки поставок и экономику.
Таким образом, визит Дилмы Руссефф и заседание совета управляющих НБР были связаны с обсуждением роли банка в современной экономике, технологических вызовов и укрепления сотрудничества внутри БРИКС. И, конечно же, группа стоит перед вопросом включения военно-политической проблематики в форматы взаимодействия на фоне возрастания именно военного давления на участников объединения со стороны препятствующих развитию этой интеграционной платформы США и их сателлитов.
Каким будет удушение Кубы: финал Острова Свободы
Директор Центрального разведывательного управления (ЦРУ) США Джон Рэтклифф посетил Гавану 14 мая 2026 года. Визит состоялся на фоне острого энергетического кризиса на Кубе, когда запасы мазута для потребителей и предприятий были исчерпаны.
В ходе поездки Рэтклифф провёл переговоры с несколькими представителями кубинского правительства, включая:
Рауля Родригеса Кастро (влиятельного внука бывшего президента Рауля Кастро), Ласаро Альвареса Касаса, министра внутренних дел, главу кубинских разведывательных служб.
По публичным данным ЦРУ, Рэтклифф лично передал послание от президента Дональда Трампа. В нём говорилось, что США готовы сотрудничать в области экономики и безопасности, но только при условии «фундаментальных изменений» со стороны Кубы. Американская сторона также требовала прекратить предоставление России и Китаю доступа к разведывательным центрам на острове.
Кубинские официальные лица в ответ заявили, что их страна не представляет угрозы национальной безопасности США и не должна быть включена в список государств — спонсоров терроризма. Они предоставили доказательства, подтверждающие отсутствие у Кубы связей с экстремистскими организациями.
Визит стал вторым за последнее десятилетие случаем, когда руководитель американской разведки посещал Кубу.
В апреле Белый дом разрешил российскому танкеру зайти на Кубу и выгрузить дизельное топливо, но эти запасы быстро истощились. Единоразовая акция доброй воли со стороны США не вылилась в устойчивую публичную поддержку одного из немногих оставшихся региональных союзников России и Китая. Вместе с тем это не означает, что Гавана осталась один на один с гегемоном. Сюрпризы ещё могут ожидать оппонентов в случае эскалации. Хотя, конечно, складывающаяся для острова обстановка выглядит критичной, если не смертельно опасной. И результат кубинского кейса станет лакмусовой бумажкой последующих тенденций не только в Западном полушарии, но и вероятных раскладов в других региональных сюжетах, в том числе на европейском театре военных действий. Как гласит поговорка: «Не забиваешь ты — забивают тебе». Риторические финты и техника владения вербальной эквилибристикой в области твёрдого знания международного права уже давно уступают напористой и наглой силе оружия и внезапных операций.
Одновременно с визитом Рэтклиффа стало известно, что министерство юстиции США планирует предъявить обвинение бывшему президенту Кубы Раулю Кастро. По данным на 14 мая, потенциальное обвинение, которое должно быть одобрено большим жюри, могло быть связано со сбитием в 1996 году самолётов, принадлежавших гуманитарной организации «Братья на помощь».
Всё это похоже на юридическую формализацию будущей экстрадиции либо насильственного захвата Кастро в формате «мадуронеппинга» и демонстрации силы.
Приурочена такая акция может быть к 100-летию Фиделя Кастро 13 августа этого года, что соответствует излюбленной практике символизма ЦРУ.
На этом фоне президент Кубы Мигель Диас-Канель заявил, что Гавана готова принять гуманитарную помощь от США, если она будет доставлена в соответствии с международно признанной практикой. При этом он отметил, что снятие торгового эмбарго было бы более эффективным способом облегчения ситуации на острове.
