Четыре года в неведении
Все произошло в июле 2020 года. Новорожденный ребенок находился в отделении патологии для новорожденных Камчатской краевой детской больницы. В это же время в отделении лежал еще один младенец — ВИЧ-положительный. По невыясненной до конца причине медик, дежуривший в ту смену, решил использовать один шприц для промывания венозных катетеров обоим детям. О том, как такая мысль могла прийти в голову взрослому человеку с медицинским образованием, позже задавались вопросом и следователи, и родители.
После заражения ребенка выписали. В его документах значилось, что анализ на ВИЧ отрицательный — хотя у медиков уже тогда были данные, свидетельствующие об обратном. Четыре года семья жила обычной жизнью. В 2024 году ребенку потребовалось инвазивное вмешательство — перед операцией обязателен анализ на ВИЧ. Результат оказался положительным, хотя ни у кого из родителей нет этого заболевания.
За это время ВИЧ прогрессировал до стадии 4В — это состояние, которое обычно наступает через 10−12 лет после заражения. Еще один шаг — и наступила бы терминальная стадия, за которой следует смерть. Ребенку немедленно начали терапию. Однако время уже было упущено: у малыша развились тяжелые осложнения, включая поражение иммунной системы.
Родители не стали молчать и обратились во все инстанции. Следователи СУ СК России по Камчатскому краю возбудили уголовное дело по части 2 статьи 293 УК РФ — «Халатность, повлекшая по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека». Максимальное наказание по этой статье — до пяти лет лишения свободы.
В рамках расследования была проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, которая установила прямую причинно-следственную связь между действиями медиков и заражением младенца ВИЧ. Глава СК России Александр Бастрыкин поручил представить доклад о ходе расследования. Региональное управление Роспотребнадзора провело проверку в Камчатской краевой детской больнице. Результаты оказались шокирующими: в медучреждении отсутствовали антисептики и были обнаружены патогенные бактерии на медицинском оборудовании и руках сотрудников.
В Минздраве Камчатского края и администрации больницы пока официально не комментировали произошедшее. Известно, что сейчас ККДБ возглавляет Валентин Савченко, однако пост главного врача он занял только в 2024 году. До него руководители в больнице менялись неоднократно — связано ли это с данным случаем или с другими причинами, остается неясным.
Сейчас семья готовит к подаче в суд сразу два иска. «Иск будет подаваться не только от родителей, но и от самого ребенка — в его интересах будут действовать родители», — уточнил официальный представитель пострадавшей семьи Булат Мухамеджанов.
Канцелярская уловка
Медицинский адвокат коллегии «Правовая политика» Ирина Гриценко считает юридическую квалификацию произошедшего неверной. По ее словам, действия врачей следовало квалифицировать по статье о причинении тяжкого вреда здоровью — именно она предусматривает ответственность для медицинских работников, которые по неосторожности наносят вред пациентам. Статья же «халатность» применяется к тем, кто выполняет административные или распорядительные функции: распределяет бюджет, принимает на работу или увольняет сотрудников. К вопросам лечения это никак не относится.
Почему же следствие выбрало именно «халатность»? Адвокат объяснила это процессуальной арифметикой. Дело в том, что срок давности привлечения к ответственности по статье о причинении тяжкого вреда здоровью (118 УК РФ) составляет всего два года с момента события, а по статье «халатность» (293 УК РФ) — до шести лет.
Это, к сожалению, скорее канцелярские уловки, нежели реальное применение права, — резюмировала она.
Кто конкретно ответит за случившееся — вопрос непростой. Все зависит от того, кто и что именно сделал, уверена юрист.
«Что касается медсестры, то здесь все ясно: если она нарушила правила работы с катетерами — это уже уголовное преступление за оказание некачественной помощи. А вот руководство больницы, которое скрыло положительные анализы ребенка, может ответить по другой статье — не за лечение, а, например, за подделку документов», — предположила Гриценко.
Эксперт утверждает, что суммы компенсаций по делам о причинении тяжкого вреда здоровью в последнее время заметно выросли и составляют от 500 тысяч до 1,5 млн рублей. Однако взыскать будущие расходы на пожизненную терапию адвокат считает практически невозможным. Все необходимые услуги для лечения ВИЧ-инфицированных входят в программу высокотехнологичной медицинской помощи и предоставляются бесплатно, что суд обязательно примет во внимание при отказе в возмещении.
Расходы на будущий период не взыскиваются по другой причине: суд требует документального подтверждения каждой статьи затрат, а представить план лечения на двадцать лет вперед невозможно.
«Поэтому я думаю, что никаких расходов там взыскать не удастся. Только моральная компенсация», — подытожила она.
