Что предлагает МВД
В период с 2027 по 2030 год Министерство внутренних дел планирует запустить в России экспериментальный механизм организованного привлечения иностранной рабочей силы. Соответствующий пакет из четырех законопроектов был обнародован ведомством 6 мая.
Необходимость проведения эксперимента продиктована обновленной Концепцией государственной миграционной политики РФ на 2026−2030 годы. Если предыдущая редакция документа делала ставку на постепенное смягчение визового режима для трудовых мигрантов, то новая версия, напротив, идет по пути ужесточения. Отныне трудовая миграция рассматривается исключительно как временная мера для закрытия потребностей рынка — без расчета на долгосрочную интеграцию приезжих в российское общество.
Организованный набор будет функционировать на основе реестровой модели: вместо выдачи традиционных бумажных разрешений все данные о работодателях и мигрантах будут вноситься в единую базу. Для этого МВД до конца 2026 года предстоит создать новую информационную систему. Издержки на ее разработку возьмёт на себя частный оператор: он вложит средства в создание платформы, а затем безвозмездно передаст ее государству. В качестве компенсации оператор получит право на обработку государственных пошлин, уплачиваемых участниками пилотного проекта.
Работодатели, желающие участвовать в эксперименте, смогут подавать заявки на включение в систему. Однако для этого компаниям придется документально подтвердить, что они способны обеспечить привлекаемых иностранцев жильем и медицинским обслуживанием на весь срок их работы. Сами мигранты, в свою очередь, обязаны будут встать на миграционный учет, получить трехлетнюю идентификационную карту и пройти ряд обязательных медицинских процедур, включая геномную регистрацию. Для этих целей МВД создаст в стране несколько специальных миграционных хабов, откуда работников будут распределять по компаниям, подавшим заявки.
Как следует из финансово-экономического обоснования, ожидаемые поступления в бюджет от пилотного проекта составят 13,6 миллиарда рублей. Всего же в рамках эксперимента в Россию планируют привлечь около 1,7 млн иностранных работников. Из них подавляющее большинство — примерно 1,2 миллиона человек — составят граждане стран СНГ (Узбекистан, Таджикистан, Киргизия и другие). Кроме того, в эту цифру входят 450 тысяч граждан стран Евразийского экономического союза (часть из них пересекается с категорией «СНГ»), а также 132 тысячи человек из государств с визовым режимом.
Контролируемое пребывание vs этнические анклавы
Заместитель председателя комитета Госдумы по региональной политике и местному самоуправлению Михаил Матвеев в беседе с ВФокусе Mail поддержал идею оргнабора, но провел четкую границу между контролируемым и неконтролируемым пребыванием мигрантов.
Как пояснил депутат, организованный набор под определенный строительный объект или производство, при котором иностранные работники проживают на охраняемой, изолированной территории, — это вполне стандартная и отработанная практика, применяемая во многих государствах.
Представьте: идет строительство крупного объекта. На его территории — или прямо рядом — обустроено жилье для рабочих: строительные вагончики или специально возведенные помещения. Такая схема вопросов не вызывает, потому что она предполагает полный контроль за перемещением людей. Фактически работники находятся под надзором и во время работы, и во время отдыха, — уточнил парламентарий.
Совершенно иную картину, по мнению депутата, представляют собой этнические анклавы, которые складываются естественным путем. «Они концентрируются вокруг рынков и постепенно начинают снимать в аренду жилье или приобретать его, селиться рядом со своими земляками. Такого рода расселения допускать нельзя», — считает он.
По вопросу о необходимости знания русского языка Матвеев призвал не преувеличивать его значение. «Мы имеем немало примеров, когда экстремистскими взглядами и русофобией обладают люди, которые вполне сносно говорят на русском языке, и многие даже без акцента, — подчеркнул депутат. — Поэтому само по себе знание или незнание языка нельзя ставить в один ряд с лояльностью и законопослушанием».
Матвеев уточнил, что русский язык обязателен там, где мигрант напрямую контактирует с жителями страны — в розничной торговле, сфере обслуживания, бытовых услугах. «А вот на стройке, в рабочей бригаде, язык уже не так важен, — полагает депутат. — Но при одном условии: пребывание иностранца должно быть строго контролируемым. Он живет на закрытой территории, работает вахтовым методом, его целенаправленно перевозят с места проживания на место работы. Если нахождение в стране не предполагает свободного передвижения, то знание языка и местной истории вовсе не обязательно».
Нагрузка на полицию
Коснувшись нагрузки на правоохранительную систему, Матвеев сослался на недавнее интервью министра внутренних дел Владимира Колокольцева. «Господин Колокольцев назвал цифры депортированных иностранных граждан и сообщил, что они депортировали бы в десять раз больше, если бы у них были средства и силы. То есть не хватает людей реально для выполнения этой работы», — отметил парламентарий.
По его убеждению, весь смысл перехода на организованный набор как раз и заключается в том, чтобы не возникало ситуации, когда расходы на контроль и содержание мигрантов не просчитаны. «Это должен быть четкий, прозрачный бизнес-план, в котором заранее, на стадии планирования, закладываются абсолютно все издержки: от оформления документов до медицинского сопровождения и временного размещения. Никакой непредвиденной нагрузки на бюджет или работодателя возникнуть не должно. Если мы говорим об организованном наборе как о системе, то это означает, что каждый этап калькулируется до того, как сделан первый шаг».
Депутат добавил, что работодатель, прежде чем привлекать иностранную рабочую силу, должен доказать, что на местном рынке нет желающих занять его вакансии. «По крайней мере, это проговаривалось, когда я присутствовал на ряде заседаний и совещаний с участием МВД и Минтруда», — резюмировал он.
