Слово «тапер» давно исчезло из повседневного лексикона. В сознании оно прочно связано с Чарли Чаплином и фальшивым пианино в старом кинотеатре. Однако профессия, которую считали мёртвой с приходом звукового кино, не только существует до сих пор, но и обрела новую жизнь.
Как работали таперы в прошлом
В начале XX века таперы были незаменимы. Они сопровождали немые фильмы игрой на фортепиано, а иногда и на других инструментах: гармошке, балалайке, аккордеоне. Работа была изнурительной: в будни играли по 6–7 часов без перерыва, в выходные — до 10 часов. Инструменты часто были старыми, клавиши западали, приходилось бить по ним что есть сил (от французского tape — «бить, хлопать»). А иногда от тапера требовали не только музыки, но и звуковых эффектов: топота копыт, грома, лая, мычания.
Несмотря на тяжелый труд, таперство стало стартовой площадкой для многих будущих знаменитостей. За роялем в кинотеатрах начинали Любовь Орлова, Георгий Свиридов, Василий Соловьёв-Седой и даже молодой Дмитрий Шостакович, который в ленинградском «Пикадилли» вплетал в импровизации фрагменты своих учебных произведений.
Почему профессия исчезла и как возродилась
С появлением звукового кино необходимость в живом музыкальном сопровождении отпала. Таперы стали не нужны. Однако немое кино не исчезло полностью. Сегодня его показывают в кинотеатрах, музеях и на фестивалях, но уже как раритет. И здесь вновь появляются таперы — теперь уже как виртуозы-импровизаторы, владеющие не только роялем, но и современной электроникой.
Где и как работают современные таперы
Настоящих профессионалов в России можно пересчитать по пальцам.
Сергей Аксенов — тапер московского кинотеатра «Иллюзион». Он учился музыке в школьной группе и джазовой студии, а затем стал штатным музыкантом кинотеатра. Перед каждым сеансом Аксенов тщательно готовится: смотрит фильм несколько раз, разбирает сцены, подбирает темы (романсы, Чайковский, Рахманинов, Дебюсси, Джо Дассен). В его голове за годы накопилась целая библиотека музыкальных вариантов, и во время показа он почти не смотрит на экран — руки работают сами.
Филипп Чельцов — пианист, репетитор оперной студии, который выступает с показами немого кино от Москвы до Ясной Поляны. Он неотрывно смотрит на экран и сочиняет музыку здесь и сейчас, синхронизируя её с действием.
Сергей Летов — джазовый музыкант, который озвучил более 60 немых картин. Он использует не только саксофоны, но и ноутбуки, MIDI-контроллеры, виброфоны. К каждому фильму готовит раскадровку и точно знает, когда вступать самому, а когда дать слово партнёру.
Георгий Ибрагимов — студент Школы дизайна ВШЭ (направление «Саунд-арт и саунд-дизайн»). Он озвучивал фильмы в рамках совместной программы с кинотеатром «Иллюзион». Работает с продвинутыми программами, управляет тембрами и создаёт целые звуковые сюиты из арф, гобоев, скрипок и синтезированных звуков. Его дипломная работа — музыкальное оформление драмы «Барышня и хулиган» с участием Маяковского. Ибрагимов уверен: технологии изменили инструменты тапера, но не суть профессии. Теперь в руках музыканта не только рояль, а вся вселенная звуков.
Где сегодня можно увидеть немое кино с живым сопровождением
Регулярные показы проходят:
- в кинотеатре «Иллюзион» (Москва) — фестиваль Госфильмофонда и цикл «Забытый немой»;
- в «Москино-Космос» и петербургской «Родине» — в рамках проекта #Artpokaz;
- в кинозале Третьяковской галереи, в московском кинотеатре «Зотов. Кино» и петербургском Центре РОСФОТО.
Таперы уже не вернутся в каждый кинотеатр, но в качестве уникального искусства их профессия обрела второе дыхание. И теперь это не просто сопровождение фильма, а полноценное творческое высказывание.
