Что произошло
Жительница Владивостока обратилась в суд после того, как ее ребенок долгое время подвергался систематической травле со стороны одноклассников. Мать неоднократно жаловалась классному руководителю, однако никакой реальной поддержки не получила — педагоги и администрация школы фактически бездействовали. В отчаянии женщина перевела ребенка в другое учебное заведение, а сама пошла в суд за справедливостью. Как сообщила руководитель объединенной пресс-службы судов Приморского края Елена Оленева, решение было вынесено в пользу несовершеннолетнего: школа обязана выплатить 80 тысяч рублей компенсации морального вреда, а также 15 тысяч рублей судебных расходов в пользу матери.
Случай во Владивостоке, к сожалению, не единичен. По данным исследований Высшей школы экономики, почти 54% российских детей и подростков хотя бы раз становились жертвами травли со стороны сверстников. Каждый третий российский школьник вовлечен в буллинг как минимум раз в месяц. При этом лишь треть учителей, согласно опросам, признают, что сталкивались с травлей в своих классах, то есть школа далеко не всегда видит проблему в том масштабе, в котором ее переживают дети.
Почему отвечает школа, а не родители
Адвокат, управляющий партнер Адвокатского бюро «Горбачев, Шундрик и партнеры» Данил Шундрик в беседе с ВФокусе Mail рассказал, что, как только ребенок заходит на территорию школы (даже не в само здание, а за калитку, если есть забор), школа отвечает за его безопасность — не только физическую, но и психологическую.
По словам юриста, буллинг в школе — это редко дело рук одного человека. Чаще травят целой группой, иногда половиной класса. Учителя, которые видят это, не имеют права оставаться в стороне, это прямо следует из статьи 41 Федерального закона «Об образовании в РФ», который обязывает образовательное учреждение обеспечивать безопасность детей во время их пребывания в школе. Кроме того, статья 1073 Гражданского кодекса возлагает на школу ответственность за вред, причиненный малолетними учениками, если учебное заведение не докажет, что вред возник не по его вине.
Отсутствие уголовного дела — главный маркер того, что телесные повреждения у владивостокского школьника были квалифицированы как незначительные и не соответствуют критериям легкого, среднего или тяжкого вреда.. Поэтому и компенсация оказалась не такой высокой, какой могла бы быть при более тяжких последствиях. Обычно в российской практике компенсация за моральный вред по таким делам не превышает 50 тысяч рублей.
Но здесь суд присудил 80 тысяч. Скорее всего, потому что травля была долгой, школа ничего не делала, а потом ребенка избили. Судья учел и длительность буллинга, и бездействие школы, и переживания самого ребенка и его семьи, — добавил Шундрик.
Адвокат подчеркнул, что системность травли доказывается жалобами. Родители, видя, что ребенка травят или унижают, должны последовательно обращаться с заявлениями: сначала к директору школы, затем в муниципальный орган управления образованием, далее в прокуратуру.
«Если на протяжении года родители будут каждый месяц писать жалобы, получать формальные отписки и фиксировать бездействие школы, суд увидит четкую систему. Он поймет, что травля длится месяцами, а не случилась одномоментно, и это напрямую повлияет на размер компенсации — она будет значительно выше», — заключил юрист.
Что делать родителям
Адвокат убежден, что родителям не под силу самим остановить буллинг. Эту задачу должны решать педагоги и психологи — выявлять виновников и принимать меры, вплоть до перевода ребенка или обидчика в другой класс или школу.
Нужно бить во все колокола, стучаться во все двери, — сказал он. — Писать заявления, жалобы на бездействие учителей, администрации школы, возможно, в Министерство образования. Сейчас прокуратура очень щепетильно относится к таким жалобам, потому что затрагиваются права детей.
Если родители будут фиксировать каждый случай, то к моменту, когда произойдет серьезный инцидент (драка, избиение, попытка суицида), у них в руках будет неоспоримое доказательство системности проблемы. А если молчать, терпеть, надеяться, что «само рассосется», а потом случится трагедия — сделать что-либо будет крайне сложно. Без доказательств системности единичный инцидент могут списать на случайность, на личный конфликт, на «сами подрались». И тогда ни компенсации, ни справедливости родители не добьются.
«Протоколы педагогических советов — это тоже полноценное доказательство. Когда в школе происходит конфликт, администрация часто собирает педсовет или заседание с участием классного руководителя, психолога, иногда родителей. Там обсуждают, кто виноват, что делать, выносят какие-то решения — например, провести беседу с классом, поставить на контроль трудного ученика. Все это фиксируется в протоколе. Если на педсовете признали, что травля есть, но никаких реальных мер не приняли, это прямое доказательство бездействия школы. Такие протоколы можно и нужно приобщать к делу в суде», — уточнил эксперт.
