Что произошло
7 апреля 2026 года Израиль нанес авиаудар по китайско-иранской железной дороге — ключевому стратегическому объекту глобальной инициативы «Один пояс, один путь». Это первый в истории прямой удар по инфраструктурному проекту Китая на Ближнем Востоке. Авиаудар пришелся на железнодорожное полотно, связывающее Тегеран с восточными провинциями Ирана, что напрямую затронуло логистику китайско-иранской торговли. В результате удара погибли два человека и трое получили ранения, сообщает государственное агентство IRNA.
Официально Израиль заявил, что бомбил железную дорогу и мосты, используемые Корпусом стражей исламской революции для транспортировки оружия. Однако, по мнению аналитиков, настоящая цель — подрыв китайского «сухопутного Шелкового пути» и сдерживание экономической экспансии Китая в регионе. Израиль, поддерживаемый западной коалицией, рассматривает этот проект как прямую угрозу своему доминированию в регионе и глобальной торговле.
Что за железная дорога и зачем она Китаю
Китайско-иранская железная дорога была запущена в мае 2025 года. Первый поезд отправился из города Сиань 10 мая и через 15 дней прибыл в сухой порт Априн недалеко от Тегерана. Для сравнения, традиционный морской маршрут между странами занимает в среднем от 30 до 40 дней.
Финансирование проекта осуществлялось Китаем в рамках стратегического соглашения между Пекином и Тегераном на сумму $400 млрд, подписанного еще в 2021 году. Маршрут проходит по территории Казахстана, Туркменистана и Узбекистана, интегрируя Центральную Азию в единую транспортную сеть и открывая этим странам доступ к международным рынкам через иранские порты.
Главная цель проекта — создать для Китая надежный канал поставок иранской нефти в обход традиционных морских путей, которые контролируются США и их союзниками. У этого маршрута есть несколько критически важных преимуществ. Во-первых, он позволяет обойти Ормузский пролив — узкое место, через которое проходит около 20% мирового природного газа и треть сырья для удобрений. В случае конфликта этот пролив может быть перекрыт, как показал последний виток эскалации на Ближнем Всотоке, и Китай останется без критически важных энергоресурсов. Железная дорога становится «запасным выходом» — сухопутным коридором, который не зависит от военно-морского присутствия США в регионе.
Во-вторых, она позволяет обойти Малаккский пролив, который также находится под контролем американского флота. По этому проливу проходит большая часть китайской нефти, и в случае войны доступ к нему может быть легко перекрыт. В-третьих, транзакции по этому маршруту могут проводиться в юанях, что позволяет Китаю и Ирану обходить долларовую систему и американские санкции. Для Ирана, зажатого в тиски экономических ограничений, это возможность легально экспортировать нефть и получать за нее валюту, не зависящую от Запада.
Удар усилит китайское влияние
Главный научный сотрудник центра изучения современного Китая Института востоковедения РАН Андрей Островский в беседе с ВФокусе Mail заявил, что интересы китайских компаний не являются предметом соглашений между Тегераном и Вашингтоном. Пекин остается в стороне от договоренностей.
Однако сам факт переговоров между США и Ираном при посредничестве Китая, по мнению профессора, уже демонстрирует усиление китайской позиции на международной арене.
Я не могу сказать, станет ли Пекин предпринимать какие-то ответные действия. Но одно можно утверждать с полной уверенностью: у Китая есть все необходимые ресурсы, чтобы продолжать реализацию своих экономических и энергетических программ. Эта атака его не остановит.
Островский подчеркнул, что закрытие Ормузского пролива невыгодно Китаю, поскольку через него проходит примерно 25% газа и 20% нефти от общего объема годового потребления страны. «Речь идет о выживании экономики. Через пролив идет около 100 миллионов тонн нефти в год из Катара и Саудовской Аравии и примерно 20 миллиардов кубометров сжиженного газа из Катара. Перекрытие пролива — это удар по энергобезопасности Китая, который Пекин не может себе позволить. Поэтому он будет договариваться с Ираном, платить причитающиеся деньги, но пролив откроет», — добавил он.
Эксперт считает, что Китай способен влиять и на Иран, и на Америку, поскольку работа с этими странами находится в его зоне ответственности. «Пекин давно выстроил с ними отношения, имеет экономические рычаги давления и дипломатические каналы, позволяющие ему играть роль посредника или, по крайней мере, быть услышанным. А Израиль — это совсем другая история, другой клубок проблем, — отметил Островский. — Это совершенно иная геополитическая реальность».
С начала эскалации конфликта на Ближнем Востоке отношения между Китаем и Израилем существенно осложнились. Пекин занял сбалансированную позицию, выступая за прекращение огня. Кроме того, Китай последовательно критикует военные действия Израиля в секторе Газа и на Западном берегу реки Иордан. Это привело к заметному охлаждению в двусторонних контактах. Ярким примером стала ситуация, когда в феврале 2026 года китайский инвестфонд сослался в суде на негласный запрет со стороны правительства КНР на новые инвестиции в Израиль из-за высокого уровня риска. Хотя посольство Китая позже уточнило, что это касается лишь приграничных «красных зон», сам факт такого заявления и последовавших опровержений свидетельствует о напряженности.
