Последние годы шумиха вокруг веточек вербы стала настолько перекрывать суть происходящего в день празднования Входа Господня в Иерусалим, что кажется, будто верба здесь -царица дня. Все не так! Праздник Вход Господень в Иерусалим установлен в память о том, как Иисус за шесть дней до иудейской Пасхи триумфально въезжал в столицу Иудеи.
И все же почему праздник считают трагическим? Оттого, что дело происходит в Великий пост, сорокадневная часть которого закончилась 3 апреля, накануне Лазаревой субботы? Или оттого, что впереди Страстная неделя — время, когда мы вспоминаем последние дни земной жизни Христа, Его Распятие и Его Крестную смерть? Нет, дело не только в этом. Да, Вербное воскресенье — праздник, да мы приходим в храмы празднично — с веточками распускающейся вербы, которые мы заранее освятили на всенощном бдении вечером в Лазареву субботу.
Но радость праздника Входа Господня в Иерусалим омрачается не только мыслью о грядущих страданиях Христа, но и тем, что этот день напоминает нам, насколько неверно сердце человеческое. Насколько легко оно готово отрекаться от того, что еще совсем недавно прославляло.
Итак, событие Входа Иисуса в Иерусалим, 30 год от Рождества Христова. Иерусалим в ожидании, везде только и разговоров, что о чудесах, творимых Иисусом. Он исцеляет больных: слепые прозревают, прокаженные очищаются от струпьев, калеки и расслабленные начинают ходить. Он усмиряет стихии, повелевая буре утихнуть. Он накормил пятью хлебами и двумя рыбами «около пяти тысяч человек, не считая женщин и детей». Да что там! Недавно, на глазах у всех Он воскресил Своего друга Лазаря. Лазаря, четыре дня как умершего. Лазаря, который уже смердел. К тому же Мессия не один, с ним толпа учеников и последователей. Он Сам говорит о новом царстве. Скорее приветствовать Его, такого всесильного. Он наконец-то принесет иудеям, страдающим под римским игом, свободу. Осанна новому царю!
Так и приветствовали Иисуса в Иерусалиме почти две тысячи лет назад. «Осанна!» — что означает: «Спаси! Даруй спасение!». «Да будет благословенно грядущее Царство!» — ликовали жители Иерусалима, устилая дорогу Христу своими одеждами и финиковыми побегами. Дети и женщины бежали вслед за Иисусом, размахивая пальмовыми ветвями — знак высочайших почестей на востоке.
Но то, что Иисус въезжает в Иерусалим не на коне, символизирующем царскую власть, а на молодом осленке — символе мира, никто, похоже, внимания не обратил. Иисусу воздавали почести именно как царю. Приветствующие Христа были искренны. Но пройдет всего четыре дня, и та же толпа, что сегодня восторженно встречает Иисуса криками «Осанна!», будет требовать от Пилата: «Распни Его!».
«Ecce Homo» (Се Человек). Михай Либ Мункачи, 1896 г.
Можно долго гадать, почему? Вопрос в том, чего ждали люди от Христа и что Он на самом деле принес. Одни видели в Христе нового политического Мессию, царя, устроителя нового царства. Другие — того, кто их накормит. Третьи, возможно, ожидали новых чудес и исцелений. Но в тот день почти две тысячи лет назад, в день Входа Господа в Иерусалим происходит не торжественный въезд на царство, нет, иное: Иисус грядет на вольные страдания. Он делает это из любви к человеку — пройдет всего несколько дней, и произойдет другое шествие — шествие Христа на Голгофу. Добровольное. Из любви к нам, людям.
А значит, Иисус приносит в наш мир не чудеса, не земное благоденствие — любовь. Любовь такого масштаба, такой меры, что даже нам, читающим Евангелие, переживающим на богослужениях Страстной недели Крестный путь Его страданий, трудно эту меру любви осознать.
Поэтому не будем спешить с осуждением иерусалимской толпы.
Вот что читаем в дневниках русского писателя Михаила Пришвина: «Под Вербное воскресенье шли по дороге с гармониями и ругали Бога и Богородицу и веру — все! Я спросил: “Кто эти люди?” — “Свои же люди, самые православные, сейчас они ругают Бога, а родится дитя, идут к попу и кланяются: окрести!”. Речь идет про Вербное воскресенье 1926 года, впереди трагические гонения на Церковь. Гонения, которые не были бы столь ужасны, если бы они осуществлялись только властью.
Поэтому праздник Входа Господня в Иерусалим — это повод спросить себя: что было бы, если б Господь сегодня прошел по нашим улицам? Останемся ли мы с Христом у Его Креста? И, стоя в храмах с веточками вербы (в России нет пальм, мы приветствуем грядущего на страдания Христа упрямыми побегами вербы!), мы не просто вспоминаем событие Входа Господа в Иерусалим, мы, по слову патриарха Кирилла, должны в этот день открыть свои сердца, чтобы Господь вошел в них. Впереди, уже завтра, 6 апреля, начинается Страстная неделя. Вечность упрямо вторгается в повседневность. И за Страстной обязательно — Пасха — праздник Воскресения Христова.
