Скандальный дебют
Алиса Теплякова, получившая широкую известность в 2021 году благодаря поступлению в Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова в возрасте девяти лет, в 13 лет окончила Российский государственный гуманитарный университет (РГГУ) с дипломом по специальности «педагог-психолог» и уже приступила к практической деятельности. Стоимость одной консультации юного специалиста составляет 50 тысяч рублей и, по словам отца девочки, желающих попасть на прием «достаточно много».
При этом официально работать Алиса не сможет до 16 лет, кроме того, ей может потребоваться дополнительное обучение. Родители говорят, что вопрос трудоустройства в семье не стоит, так как необходимости отправлять ребенка работать «за хлеб» нет.
Напомним, что летом 2021 года Алиса экстерном освоила школьную программу и сдала ЕГЭ по русскому языку, профильной математике, биологии, химии и информатике. В девять лет она поступила на коммерческое отделение факультета психологии МГУ, однако почти сразу после начала занятий перестала посещать университет. Во время зимней сессии она получила «удовлетворительно» и «неудовлетворительно» по нескольким предметам. У семьи возник конфликт с преподавателями: Евгений Тепляков утверждал, что дочь специально «завалили». По данным вуза, в период экзаменов отец, ожидая девочку на посту охраны, пытался прорваться в здание, кричал, угрожал сотрудникам и напал на заведующего кафедрой.
После инцидента семья перевела Алису сначала в Московский педагогический государственный университет (МПГУ), где она обучалась заочно по программе «Психолого-педагогическое образование», а в 2023 году — в РГГУ. Обучение проходило в заочной и дистанционной формах. В РГГУ отмечали, что у студентки не возникало проблем со сдачей дисциплин, все задания она выполняла в срок, а аттестацию проходила в основном на «хорошо» и «отлично».
26 февраля 2026 года Алиса в очном формате защитила выпускную квалификационную работу перед комиссией из пяти человек, включая председателя. На защите девочку сопровождала мать. Члены комиссии поставили «хорошо», отметив, что студентка продемонстрировала достаточное понимание темы, хотя отдельные выводы были недостаточно аргументированы. В рамках преддипломной практики Алиса работала с выпускниками коррекционной школы для детей с нарушениями интеллектуального развития. Как сообщил ее отец, все ученики, с которыми она занималась, успешно сдали единый государственный экзамен.
Сомнительная квалификация
Психолог-педагог, участник рабочей группы Комитета Госдумы по защите семьи Дарья Дугенцова в беседе с ВФокусе Mail заявила, что полноценное освоение практических навыков психологического консультирования к 13 годам крайне маловероятно.
Психологическое консультирование — это не только знания, которые мы получаем в учебном заведении, но и зрелость личности, умение выдерживать чужие сильные эмоции, выделять личные границы, не сливаться с клиентом, не переносить на него свои паттерны, — пояснила она.
Эти навыки, по словам эксперта, напрямую связаны с развитием префронтальной коры мозга, которая продолжает формироваться до 20−25 лет. «В 13 лет подросток может быть интеллектуально очень развит, но эмоциональная регуляция, жизненный опыт и устойчивость к стрессу еще находятся в процессе формирования. А без этого качественная и безопасная психологическая помощь просто невозможна», — подчеркнула Дугенцова.
Говоря о прохождении учебной практики в школах, центрах и клиниках, Дугенцова предположила, что практика 13-летней студентки проходила в ограниченном формате.
Те же учреждения, где проходят практику — школы, клиники, центры, — несут юридическую ответственность за клиентов. Допустить до реальной работы с людьми несовершеннолетнего 13-летнего ребенка с точки зрения юридических компонентов и элементарной этики нереально, — сказала она.
Дугенцова добавила, что студенты обычно не консультируют самостоятельно, а наблюдают, ассистируют или работают под жесткой супервизией. В случае с ребенком это могла быть максимум наблюдательная практика, работа с кейсами на бумаге, участие в исследованиях или дополнительные домашние задания, но не полноценное консультирование.
«Тринадцатилетний подросток сам находится в разгаре пубертатного кризиса, его собственная психика еще не устоялась. Какой клиент пойдет к такому специалисту? Разве что состоятельные люди, которым не жалко 50 тысяч рублей на то, чтобы удовлетворить свое любопытство», — отметила эксперт.
Перевернутая этика
Клинический психолог Кира Макарова убеждена, что нельзя сравнивать мышление взрослого и ребенка.
Тринадцатилетний подросток и взрослый не могут говорить на одном языке — особенно если речь идет о психологическом взаимодействии. Здесь дело не только в жизненном опыте или объеме знаний, а в самом качестве мышления. В 13 лет структура психики еще только формируется, поэтому говорить о полноценном диалоге на равных не приходится, — полагает специалист.
Особые сомнения вызывает возможность ребенка анализировать возрастные кризисы и отношения наравне со взрослым. «В силу возраста и особенностей психики такой “психолог” начнет неминуемо воспринимать взрослого клиента как родительскую фигуру. Это неизбежно приведет к искажению профессиональных отношений: вместо нейтральной помощи мы получим либо детскую попытку угодить “родителю”, либо, наоборот, подростковый бунт и сопротивление. Ни о каком терапевтическом альянсе здесь речи быть не может», — предупредила эксперт.
Макарова также обратила внимание на этическую сторону вопроса. «Любой психолог может работать с несовершеннолетним только с разрешения родителей. Здесь же мы видим перевернутую ситуацию. С точки зрения этики все перевернуто с ног на голову, — заявила она. — Ребенок несовершеннолетний, и любые его действия возможны только с согласия родителей. Если что-то пойдет не так, ответственность будет лежать на тех, кто обратился к нему за помощью».
Психолог также выразила недоумение по поводу того, как 13-летний ребенок может официально работать по Трудовому кодексу. «Как она зарабатывает деньги? Как это сочетается с налогами, государством, законодательством?» — задалась вопросом Макарова.
Эксперт подчеркнула, что для гармоничного развития девочка должна заниматься вещами, соответствующими ее возрасту. «Почему ребенок полностью погружен в деятельность, которая не является для него ведущей, и при этом обслуживает интересы родительских решений? Это выходит за рамки здравого смысла», — заключила она, — Безусловно, «не навреди» — это первый принцип, и в этой ситуации адресован он в первую очередь родителям".
«Это некий пиар-ход»
Председатель межрегионального профессионального союза психологов и психотерапевтов Игорь Ельчанинов назвал эту историю пиар-ходом. «Чтобы работать психологом и действительно помогать людям, нужен жизненный опыт, необходимое мировоззрение», — уверен он.
Эта ситуация, по его мнению, имеет двойную этическую уязвимость: административная и гражданская ответственность в этом возрасте лежит на родителях.
«Получается, что человек работает с клиентом, но не отвечает за свою деятельность, — резюмировал Ельчанинов. — С точки зрения органов опеки и попечительства это можно было бы рассматривать как использование детского труда».
По словам председателя профсоюза, в профессиональном сообществе эта новость вызвала шок. «Я вчера наблюдал, как в чате профессионального сообщества, где полторы тысячи психологов, обсуждали это. И все, абсолютно все, кто высказывался, были единодушны: такая ситуация не может считаться нормальной с профессиональной точки зрения».
