Те, кто еще недавно надеялся на помощь США и Израиля в свержении нынешнего правительства, теперь с ужасом наблюдают за уничтожением инфраструктуры, культурных объектов и гибелью мирных жителей.
От надежды на спасение к горькому разочарованию
Годы экономических трудностей и политической напряженности породили в Иране неоднозначное отношение к властям, и часть общества в отчаянии ухватилась за обещания Дональда Трампа о поддержке.
Когда в первый день войны авиаудары США и Израиля уничтожили верховного лидера аятоллу Али Хаменеи и других высокопоставленных лиц, казалось, что перемены близки.
Однако правительство устояло. Сын Хаменеи быстро занял место отца, а удары по стране с населением более 90 миллионов человек только усилились и расширились. Теперь под бомбами оказываются жилые кварталы, магазины, школы и объекты гражданской инфраструктуры.
«Они тоже лгут!», — говорит Амир, студент Тегеранского университета. — «Вы все хуже друг друга».
Удар по нефтехранилищу стал переломным моментом
Поворотным моментом для многих стали израильские удары по нефтехранилищам в Тегеране на прошлой неделе. Атака на объект в Шахране накрыла столицу густым черным дымом, а последовавший затем дождь покрыл деревья, дома и машины слоем токсичной нефти.
«Я искренне верю теперь, что у них не было плана», — признается Амир. — «Если вы хотите ударить по правительству, даже если считаете, что эти хранилища используются им, где вы проведете черту? А как же мы, простые иранцы? Мы зависим от этой гражданской инфраструктуры. Кто сможет восстановить полные руины?»
Амир говорит, что его теперь постоянно преследует страх превращения Ирана в «еще один Ирак» — страну, в которую США вторглись в 2003 году, обещая свободу, а ввергли в гражданскую войну.
Под ударом не только люди, но и история
Особую боль у иранцев вызывают разрушения объектов культурного наследия. Среди наиболее пострадавших: дворцовый комплекс Голестан в Тегеране, датируемый XIV веком, и дворец Чехель Сотун в Исфахане, построенный в XVII веке.
«Как они восстановят бесценную часть истории?», — спрашивает студентка из Тегерана. — «И как мы вернем погибших людей? Неужели послание извне заключается в том, что раз правительству наплевать, то и миру должно быть все равно? Цель в том, чтобы стереть нашу культуру и историю?»
Другой студент из Караджа, города к западу от столицы, который на этой неделе подвергся интенсивным бомбардировкам, недоумевает: «Я просил Трампа о помощи. Но я думал, что удары будут направлены против военных структур. Когда план изменился и почему они бьют по нашей инфраструктуре?»
Долгая история протестов
Большинство иранцев прожили всю свою жизнь при нынешней системе, установленной после революции 1979 года, свергнувшей монархию. Почти два десятилетия протестные движения то и дело вспыхивали по разным причинам: из-за роста цен на топливо, экономических проблем или вопросов, связанных с правами женщин. Самым масштабным стало движение 2022 года, спровоцированное смертью Махсы Амини после задержания полицией.
Однако многие в оппозиционно настроенных кругах, слыша сообщения о гибели мирных жителей от ударов США и Израиля, приходят к простому выводу: теперь иранцев убивают почти все стороны стороны конфликта.
Один из жителей Тегерана рассказал, что значительная часть людей, с которыми он общался, после гибели мирных граждан изменили свое отношение к военному вмешательству извне. Несколько районов в центре города подверглись последовательным волнообразным атакам. По его словам, простые иранцы оказались «по-настоящему брошенными» на произвол судьбы.
