Фото незнакомки
В начале 2020 года, спустя несколько месяцев после гибели Джеффри Эпштейна в нью-йоркском следственном изоляторе, женщина, утверждавшая, что финансист насиловал ее с 16 лет, пришла на беседу в ФБР. То, что она поведала, заставило агентов иначе взглянуть на то, кем был бизнесмен за пределами своего тщательно выстраиваемого публичного образа.
Она рассказала, что однажды в своем нью-йоркском особняке Эпштейн подвел ее к портрету блондинки и торжественно объявил, что это мать его ребенка. Он назвал ее «идеальной» и для убедительности показал гостье гипсовый слепок женской фигуры, который держал там же дома.
В документах Минюста США действительно обнаружился снимок, где Эпштейн стоит в обнимку с неизвестной женщиной, держащей на руках младенца. Лица обоих заретушированы — скорее всего, чтобы сохранить их инкогнито. На еще одной фотографии миллиардер запечатлен с маленьким ребенком на руках, но определить, тот ли это малыш, уже невозможно.
Письмо герцогини
История получила неожиданное продолжение после того, как следователи изучили электронную переписку Эпштейна. В сентябре 2011 года бывшая герцогиня Йоркская Сара Фергюсон отправила ему письмо с поздравлениями. «Слышала от герцога, что у тебя родился сын, — написала она. — Даже несмотря на то, что ты не поддерживал связь, я по-прежнему здесь — с любовью, дружбой и поздравлениями по поводу рождения твоего мальчика».
В другом послании она выражала обиду из-за того, что миллиардер скрыл от нее это событие: «Ты исчез. Я даже не знала, что у тебя будет ребенок».
Из писем следует, что о пополнении в семействе Эпштейна Фергюсон узнала от своего бывшего мужа, принца Эндрю, с которым финансист был довольно близок. Эта, казалось бы, частная деталь имела для самого герцога тяжелые последствия. Публикация переписки стала неопровержимым доказательством того, что его контакты с бизнесменом продолжались долгое время после того, как он сам публично заявлял об их прекращении.
Что известно о сыне
Если информация о рождении мальчика в 2011 году соответствует действительности, то сейчас предполагаемому сыну Эпштейна около 14−15 лет. Однако его личность, как и личность его матери, остается загадкой.
Показательно, что брат финансиста Марк Эпштейн ранее категорически отрицал наличие у того каких-либо тайных детей. В нескольких интервью он прямо заявлял: «У Джеффа не было детей». Более того, он даже предположил, что знаменитое письмо Фергюсон было адресовано вовсе не его брату, а кому-то другому, назвав всю историю с наследником «бессмысленной».
Тем не менее, массив косвенных доказательств слишком велик. Одна из жертв в своих показаниях упоминала, что Эпштейн не раз спрашивал, не согласится ли она стать матерью его ребенка. А в письме публицисту Пегги Сигел он прямо просит: «Найди мне суррогатную мать».
Дружба с подтекстом
Опубликованная переписка также пролила свет на то, насколько глубокими были отношения Фергюсон с Эпштейном. В письмах она называла его «моим дорогим и особенным другом», «братом, о котором всегда мечтала». Она писала ему: «Я так горжусь тобой» — даже когда он уже отбывал тюремный срок. Более того, она неоднократно просила у него денег взаймы, умоляла нанять ее в качестве «домашнего ассистента» и даже сетовала, что не может найти 20 тысяч фунтов на аренду жилья.
Скандал уже стоил герцогине репутации. Несколько компаний, связанных с ее именем, закрылись, а попытки издать мемуары в США провалились: крупные издательства отвергли предложения именно из-за ее связей с осужденным финансистом.
Пока личность предполагаемого сына не будет установлена, например, с помощью анализа ДНК, эта тайна останется одной из многих, которые миллиардер унес с собой в могилу.
