История праздника
Святитель Агапит, епископ Синадский, жил в IV веке и происходил из Каппадокии. Он родился в семье христиан в период жестоких преследований верующих при императоре Диоклетиане. С ранних лет будущий святой избрал путь монашества и удалился во Фригию, неподалеку от города Синада. Его аскетические подвиги поражали окружающих: он питался золой и шелухой от бобовых, почти не спал и постоянно обращался к чтению Священного Писания. За духовные труды Господь даровал ему способность творить чудеса.
Предание гласит, что молитвой он уничтожил огромного змея, появившегося рядом с монастырем, а также исцелил одержимую девушку. Во времена правления Ликиния святого насильно определили на военную службу, однако и там он продолжал помогать людям и даже животным, являя чудеса исцеления. За твердость в вере Агапит претерпел страдания — его пронзали копьями, но он чудесным образом остался жив. После воцарения Константина Великого святитель вернулся к монашеской жизни, однако вскоре по просьбе верующих был поставлен епископом Синада. По преданию, ему было даровано множество благодатных даров: он мог изменять течение рек, прозревать сокровенные грехи и предсказывать будущее. Его мощи прославились нетлением, а верующие обращаются к нему с молитвами об исцелении болезней, укреплении духа и защите от несправедливости.
Второй святой, память которого чтится в этот день, — преподобный Косма Яхромский, игумен XV столетия. В юности он служил у боярина и сопровождал его во время тяжелой болезни. Однажды на берегу реки Яхромы отроку чудесным образом явилась икона Успения Божией Матери, озаренная необычайным светом. Одновременно он услышал повеление принять монашество и основать обитель. Косма приложил икону к больному господину, и тот сразу же выздоровел.
Получив свободу, Косма отправился в Киево-Печерскую лавру, где принял монашеский постриг и вел строгую жизнь в посте и молитве. Спустя некоторое время, следуя духовному внушению, он возвратился к реке Яхроме и основал там монастырь в честь Успения Пресвятой Богородицы, став его первым игуменом. К святому обращаются с просьбами о телесном исцелении, духовном наставлении и помощи в иноческих трудах.
Традиции дня
В народной культуре церковное почитание святых переплелось с древними обычаями, восходящими к почитанию бога весеннего солнца и плодородия Ярило. Поэтому на Руси праздник также именовали Ярило с овсянкой.
Считалось, что именно 3 марта Ярило проверяет, готовы ли крестьяне к началу полевых работ. Поэтому мужчины в этот день занимались осмотром хозяйственного инвентаря: доставали из сараев сохи и бороны, ремонтировали их, а неисправные орудия относили кузнецам, у которых работы было особенно много.
Женщины посвящали день приготовлению обрядовых блюд. Главным кушаньем становилась овсяная каша на молоке, щедро приправленная маслом. Однако особое место занимали «овсяники» — печенье из овсяной муки. Его выпекали в форме птичек, солнца или круглых лепешек, символизирующих тепло и благополучие. Угощение раздавали родным, соседям и нищим возле храма. Считалось, что чем щедрее хозяйка, тем счастливее окажется год. Крошки от печенья не выбрасывали, а скармливали птицам — особенно желтой овсянке, которая, по поверьям, своим появлением «доклевывает» зиму и приводит весну.
Существовало поверье: если птица попробует подношение, весна будет ранней и теплой. Женщины, мечтающие о материнстве, специально рассыпали крошки — большое количество слетевшихся птиц считалось добрым знаком скорого исполнения желания.
В этот день внимательно наблюдали и за природными приметами. Найти первый подснежник означало привлечь удачу и скорое счастье. А если появлялись бабочки-крапивницы, это предвещало окончательный сход снега.
Народные запреты
Чтобы не отпугнуть весну и не навлечь несчастья, 3 марта на Руси придерживались следующих строгих ограничений:
— не надевать черное. Этот цвет ассоциировался с печалью и трауром. Считалось, что нарушивший запрет проведет год в скорбях. Предпочтение отдавали желтым оттенкам — в честь солнца и овсянки;
— не предаваться унынию. Праздник символизировал обновление природы, поэтому грусть воспринималась как дурной знак, способный привлечь темные силы;
— не одалживать хлеб и соль. Верили, что вместе с ними можно лишиться достатка и удачи, что приведет к скудному урожаю;
— не чинить бытовые вещи. Ремонт одежды, обуви и домашней утвари откладывали, считая, что они вскоре снова испортятся. Исключение делали лишь для сельскохозяйственных орудий;
— не ссориться и не сквернословить. Брань, по поверьям, могла привлечь в дом нечистую силу и вызвать череду неприятностей.
