Закон против «потерянного года»
Ежегодно 80−100 тысяч девятиклассников (6−8% от общего числа) не сдают ОГЭ и оказываются в тупиковой ситуации: без аттестата они не могут поступить в колледж или официально устроиться на работу, а получить документ об окончании 9-го класса могут попробовать повторно только через год.
Новый закон, принятый Госдумой, призван решить эту проблему. С 1 марта 2026 года школьники, не прошедшие государственную итоговую аттестацию, смогут бесплатно учиться по программам профессиональной подготовки. Обучение продолжительностью до 10 месяцев будет проходить параллельно с подготовкой к пересдаче ОГЭ. В результате выпускники получат и аттестат, и свидетельство о профессии — например, электрика, сварщика, автомеханика, повара или плотника. Перечень специальностей будет формироваться регионами.
Закон, авторами которого числятся сразу 64 депутата, не создает новую образовательную структуру, а использует уже существующий механизм профессионального обучения, закрепленный в Федеральном законе «Об образовании в Российской Федерации». Это позволяет решить сразу несколько задач: сократить дефицит рабочих кадров, поддержать подростков, оказавшихся вне системы образования, и дать им возможность раньше начать трудовую деятельность.
Как отмечают эксперты, такая мера особенно важна для мотивированных ребят, которые хотят работать руками и готовы быстро освоить востребованную профессию, оставаясь в своем регионе.
Спасение экономики
Заведующий лабораторией исследований человеческого потенциала и образования Института образования НИУ ВШЭ Павел Сорокин заявил ВФокусе Mail, что считает данный шаг совершенно правильным и актуальным на фоне дефицита рабочих кадров и демографического спада, который создает «яму именно в молодых возрастах, наиболее важных для долгосрочного развития экономики». Он подчеркивает, что текущая ситуация, когда человек, не сдавший ОГЭ, вынужден терять целый год на то, чтобы попробовать еще раз сдать экзамен, блокирует для него любую возможность дальнейшей образовательной и трудовой мобильности.
Он назвал получение рабочей квалификации «роскошью» и подчеркнул, что это расширяет возможности для детей, которые могут обладать прекрасными способностями к ручному труду, но не в той сфере, где на первом месте стоят академические достижения.
«Это хорошо на нескольких уровнях: для самих детей, для работодателей и для экономики в целом. Рабочая специальность не закрывает путь вверх, а дает дополнительные возможности мобильности. Никто не отменяет того, что, получив нужную “корочку”, человек может дальше идти из колледжа в университеты. Его право на дальнейшую вертикальную мобильность в образовании не ограничивается, а его образовательная траектория, наоборот, расширяется, позволяя быстрее выйти на рынок труда. Это сто процентов», — пояснил эксперт.
Что касается профпригодности таких людей, Сорокин заявил, что он «практически уверен» в том, что требования для рабочих специальностей могут быть им по силам, даже если они не сдают ОГЭ.
«Условно говоря, люди, которые сегодня успешно работают, в том числе и приезжающие из ближнего зарубежья, зачастую не обладают более высокой квалификацией в тех областях, которые проверяет ОГЭ. Речь идет о том, чтобы заполнить те позиции на предприятиях, которые предполагают наиболее скромную заработную плату и которые не заполняются выпускниками традиционных колледжей, особенно на фоне текущего роста зарплат в этих секторах. Именно для этих вакансий такие ребята могут стать наиболее востребованным решением», — добавил он.
Сорокин оценил потенциальный масштаб явления, заявив, что даже если речь будет идти о тысяче человек, то при средней зарплате в 40 тысяч рублей в месяц совокупный годовой доход этой группы составит около 500 миллионов рублей, что является экономически значимой величиной.
