На такой шаг шли от нужды.
- Иногда мужчина не мог выплатить за невесту выкуп, который требовали родители.
- Все невесты с ближайших стойбищ оказывались родственницами.
- Малочисленные народы нуждались в притоке «свежей крови» и рабочих рук.
- Иногда происходило так, что молодых свободных женщин в округе просто не было. Тогда приходилось добывать себе невесту на стороне.
- На кражу шли и в том случае, если родители невесты были против брака.
В общем, причин было много, а выход один — чтобы стать женатым человеком, продлить род и обзавестись дополнительными рабочими руками, невесту нужно было умыкнуть. Чтобы понять, какой размах подобные обычаи принимали еще в начале XX века, стоит упомянуть, что в 1928 году советская власть была вынуждена ввести в уголовный кодекс новую главу № 10: «Преступления, составляющие пережитки родового быта». А в 1968 году глава была переименована в «Преступления, составляющие пережитки местных обычаев».
Умыкание невест чукчами
Умыкание невест на Чукотке практиковалось до конца XIX века. Невест крали не только на чужих стойбищах, но и у дальней родни, если она не давала согласия на брак. В этом случае с родственниками приходилось мириться. Иногда укравший невесту чукча отделывался выкупом, а иногда — отдавал в стойбище невесты женщину со своего — сестру, племянницу, дочь.
И, хотя случаи воровства женщин были довольно частыми, а положение их — приниженным, фактически рабским, это не исключало любви между супругами и даже воинственности чукчанок, которые часто могли постоять за себя.
Нередко к умыканию невест прибегали оленные чукчи — ламуты — близкородственные браки у них были запрещены. Мужчина мог взять жену только с другого стойбища.
Еще одним способом найти жену был захват пленниц во время воинственных набегов чукч на поселения других народов. «Мы, чукчи, любим пробовать разных женщин», — хвастались советским этнографам жители Чукотки. И действительно, считалось особой доблестью совершить набег, например, на американский берег и привезти с собой женщину-эскимоску. Впрочем, часто такая пленница становилась не женой, а секс-рабыней на стойбище. Но бывали и случаи женитьбы. Правда на детей от таких браков чистокровные чукчи смотрели слегка свысока.
Доходило и до того, что иногда чукчи привозили с побережья Канады чернокожих женщин, которые рожали чукчам детей. Но такое происходило нечасто.
Кражи невест происходили и в советское время. Ведь советская власть была установлена на Чукотке только в 1950-х годах. До этого времени в тундре действовали свои законы. Случаи, когда чукчи совершали налеты на местные поселки и умыкали, в том числе и русских невест, случались. В одном из трудов этнограф Владимир Богораз упоминает о русской женщине, которая прожив с чукчей несколько лет, не смогла вернуться в родную деревню после его смерти — слишком привыкла к вольной жизни. Духота северной избы наводила на нее тоску, и она ушла к чукчам.
Ханты: «свадьба убёгом»
У хантов, которых до революции называли остяками, тоже существовал обычай умыкания невест. Он практиковался даже в 1920-х годах, но по большей части происходил от нежелания или невозможности жениха выплатить за невесту калым, назначенный отцом. Тогда молодой хант выкрадывал девицу у родителей. Это называлось «свадьба убёгом».
Жених тайно, ночью, на санях подъезжал к дому невесты и ждал, пока она выйдет. Затем затаскивал в сани и гнал домой. Иногда девушку увозили в одной рубашке. Тогда по дороге заезжали к родне — погреться.
Привезя девицу домой, хант тут же справлял свадьбу, а к родителям жены приезжал только один раз — повиниться. Если его просьбу о прощении принимали, отношения с родителями жены оставались хорошими. Если нет, хант уезжал и не возвращался. Дело было сделано, женщина уже была его.
До революции, впрочем, чтобы брак был признан государством, нужно было еще и обвенчаться. Но венчали не всегда.
- Во-первых, хант должен был съездить в приход жены и раздобыть бумагу, что она совершеннолетняя.
- Во-вторых, часто оказывалось, что супруги состоят в близкородственных связях, и венчать их нельзя. Тогда пара оставалась без венчания.
Манси: украсть, а потом вернуть
У манси обычай красть невест считается более древней традицией, чем сватовство. В умыкании невесты часто принимали участие и другие члены семьи — например, невестки жениха. Мужчина или его родственница старались встретить понравившуюся девушку вне дома: на дворе, у реки, в лесу. Затем похищенную невесту увозили к мужчине, где он предъявлял на нее права мужа.
Узнав о похищении, родня бросалась на поиски. Если мать находила девицу в юрте мужа, то имела право избить ее при всех, оттаскать за косы и забрать домой. Поскольку фактически девушка уже была замужней, то отказать жениху уже не представлялось возможным — начинался долгий процесс сватовства, который заканчивался свадьбой.
Эвенки: невеста в мешке
Умыкание невесты у эвенков случалось реже, чем у других народов. Но, тем не менее, в древности этот обычай существовал и у них. Обычно крали невест из других родов. А украденную женщину закутывали в шкуры, чтобы она не видела, куда ее везут и не могла вернуться. То есть ее везли буквально как кота в мешке. Женщину могли увезти за сотни километров от дома, и больше она могла никогда не встретить ни одного родного человека.
Такой обычай существовал вплоть до начала XIX века. Да и теперь жених со сватами часто появляются у родителей невесты, вооруженные пальмой — холодным оружием эвенков и с уздой (скорее всего, оленьей). Это символ насильственного увода женщины. А, когда жену везут на стойбище жениха, ей до сих пор символически закрывают лицо.
Ительмены: догнать невесту
У ительменов решение идти или не идти замуж за жениха принималось исключительно девушкой. Это говорило о том, что матриархат в родо-племенных обычаях народа так и не был изжит.
Если мужчине нравилась девушка, он нанимался работать в ее семью. Вся роль отца в деле сватовства сводилась к тому, чтобы в один прекрасный момент сказать жениху «Хватай ее!». и тому нужно было догнать девицу и овладеть ей.
Если девушке жених не нравился, она могла дать ему серьезный отпор, а кроме того, завязать на своих штанах столько узелков и ремней, что он в них запутывался. При этом, если родня невесты видела, что он ей не люб, то могла прийти девушке на помощь. И тогда неудачнику оставалось либо уйти со стойбища, либо продолжить осаду, надеясь понравиться невесте.
Если же мужчина нравился девице, она позволяла ему овладеть собой. После чего мужчина навсегда переселялся в семью жены.
Майя Новик
