Под крышей Шаолиня
Китайские власти предъявили официальные обвинения бывшему настоятелю монастыря Шаолинь 60-летнему Ши Юнсиню. Прокуратура города Синьсян санкционировала его арест по обвинениям в растрате, незаконном присвоении средств храма и получении взяток.
Ранее, в июле этого года, Ши Юнсинь был отстранен от должности за «крайне недостойное поведение», а Буддийская ассоциация Китая аннулировала его свидетельство о рукоположении. В заявлении ассоциации подчеркивается, что его действия «серьезно подрывают репутацию буддийской общины».
Ши Юнсинь обвиняется в систематическом хищении средств компании храма, включая доходы от туристических услуг и коммерческих операций. По данным следствия, он переводил миллионы юаней на подставные счета своих личных компаний за границей. Годовой доход монастыря оценивается в $41,3 млн.
В ходе расследования был обнаружен так называемый «парк роскошных автомобилей» — несколько машин премиум-класса марок Mercedes и BMW, приобретенных за счет средств монастыря. По свидетельским показаниям, ежегодные расходы на содержание авто достигали около $137 тыс. В бухгалтерской отчетности это маскировались под статьи расходов на «транспортное обслуживание делегаций».
Наиболее резонансной частью обвинений стало доказанное нарушение обета безбрачия — следствие подтвердило факт отцовства Ши Юнсиня от нескольких женщин.
Китайский бренд
Возглавив монастырь в 1999 году, Ши Юнсинь за 26 лет создал из Шаолиня международный бренд с филиалами в более чем 50 странах. Монастырь превратился в полноценный парк аттракционов: сувенирные лавки, академии кунг-фу и постоянные потоки туристов подчинили духовное учреждение правилам капитализма, где «монахам» отводилась роль наемных актеров. Публичная деятельность Ши Юнсинь полностью прекратилась в июле 2025 года — аккаунт в Weibo с 880 тысячами подписчиков оказался заброшен с тех пор, как бывший настоятель оказался под следствием.
Востоковед Кирилл Котков считает, что скандал не окажет серьезного влияния на репутацию буддизма в Китае.
«В отличие от нашей страны, где религия занимает важное место в общественной жизни, в Китае религия — это сугубо личное дело каждого человека, — поясняет эксперт. — Когда религия не является предметом публичных дискуссий, как это было в Советском Союзе, тогда и конфликты на религиозной почве либо отсутствуют, либо их очень мало».
Котков обращает внимание на структурные различия: «У нас в православии это централизованная структура — патриарх, митрополит, архиепископ, епископ. А буддизм в Китае, если мы говорим о дзэн-буддизме, который практикуется в Шаолине, — это децентрализованная структура. Поэтому удар по репутации буддизма в целом просто невозможен».
Эксперт напомнил, что процесс коммерциализации духовного учреждения начался еще в 1976 году, когда разрушенный на рубеже 1928−1929 годах монастырь стали восстанавливать. Особую роль сыграли гонконгские фильмы, которые показывали в том числе в советской программе «Клуб путешественников» в 1988 году.
«Уже тогда было ясно, что ничем хорошим рано или поздно это не закончится. Потому что Шаолинь — это как Николаевский дворец в Питере, куда возят иностранных туристов, показывают им ансамбль песни и пляски, русский фольклор. Вот Шаолинь — примерно что-то в этом роде. Не было секретом, что все монахи это никакие не монахи. Что это люди, просто играющие роль монахов, а так у них там и семьи, говорят, есть. Я не проверял, конечно», — добавил Котков.
По его мнению, когда коммерциализация переходит все разумные границы, рано или поздно вмешательство властей становится неизбежным. Он подчеркнул, что ситуация требовала решительных действий, поскольку верующие, видя превращение святыни в туристический аттракцион, перестают воспринимать ее как место паломничества.
