Гипноз в советской науке
Изучение влияния гипноза на человека в России началось с работ Ивана Павлова и Владимира Бехтерева.
- Иван Павлов рассматривал гипноз как результат процессов торможения в коре головного мозга, сходных с теми, что возникают во сне.
- Владимир Бехтерев акцентировал внимание на внушении как особом механизме психического воздействия, отличном от логического убеждения.
«Внушение проникает в психическую сферу без активного внимания, входя без особой переработки и укрепляясь там, как всякий предмет пассивного восприятия», — приводит журнал «Инновационные научные исследования» слова Бехтерева.
Он проводил эксперименты не только с людьми, но и с животными, показав, что состояние транса может быть вызвано у различных видов живых существ.
Именно эти идеи стали теоретической основой для дальнейших экспериментов с внушением и изменёнными состояниями сознания, в том числе в интересах силовых ведомств.
Парапсихология в разведке
В Советском Союзе парапсихология изучалась как в научных, так и в силовых структурах. Уже в ранний период — с 1921 по 1937 год — подобными исследованиями занимался 9-й отдел Главного управления государственной безопасности НКВД СССР. Помимо задач по защите секретной информации в структуре отдела существовала лаборатория под руководством Г. Бокия.
В исследованиях принимал участие биолог Александр Барченко, сотрудничавший с Владимиром Бехтеревым. Он занимался изучением психических феноменов, включая внушение и гипотезы о дистанционном психическом воздействии.
Следует отметить, что подобные исследования находились на стыке науки, гипотез и экспериментальных направлений, а их практическая эффективность оставалась предметом споров даже внутри самих ведомств.
К концу существования СССР парапсихологическое движение получило частичное официальное признание. В 1980—1989 годах отдельные проекты были одобрены государством, а также произошла консолидация парапсихологических программ, писал Игорь Цыкунов в журнале Aliter. После распада СССР подобные исследовательские группы продолжали существовать в структурах Российской Федерации ещё около 15 лет.
Постсоветские практики: слиперы и проскопия
В 1992 году Иван Рогозин стал организатором группы, занимавшейся парапсихологией, экстрасенсорикой и астрологией, в составе Службы безопасности президента РФ. В статусе первого заместителя он курировал оперативную деятельность и специальные проекты.
В рамках этих инициатив были разработаны методики погружения в изменённые состояния сознания для изучения прошлого и будущего — практика, получившая название «проскопия».
Специалистов, обучавшихся этому методу, называли «слиперами». Это были люди, которых учили «выключать обычное сознание» и работать в состоянии транса, что позволяло лучше фиксировать детали происходящего и сохранять эмоциональное равновесие в опасных ситуациях. Эти практики представляли собой сочетание гипноза, психотехник и элементов парапсихологии.
Тренировка конфликтов в «жестком» контексте
Помимо работы с изменёнными состояниями сознания в КГБ широко применялись методы психологической подготовки. Одним из них были ролевые тренировки конфликтов.
Оперативники поочерёдно проигрывали роли агрессора и жертвы, мысленно прокручивая сценарий с желаемым исходом несколько раз. Регулярная практика формировала устойчивость к стрессу, предсказуемость поведения и умение «держать удар» в экстремальных условиях.
Эмоциональный интеллект и «рубильник»
О практическом применении подобных навыков рассказывала бывший разведчик-нелегал Елена Вавилова, которая впоследствии стала использовать полученный опыт в бизнесе.
По её словам, важнейшим навыком был самоконтроль эмоций — так называемый рубильник, то есть умение отслеживать собственные эмоциональные реакции и состояние собеседника.
Она отмечает, что важно «уметь распознавать эмоции других людей, понимать, почему они возникают, уметь подстраиваться, где-то снимать напряжённость и конфликтность».
«Начать всё-таки надо с себя. И если у кого-то не ладится с женой или с родственниками, такой человек должен сначала обратить на это внимание. Потому что вот эмпатия и эмоциональный интеллект начинаются как раз с общения с самыми близкими людьми. И если мы не можем договориться или убедить своих родителей или супругов, то, понятно, мы, в общем-то, не сможем работать в бизнес-среде и найти подход и правильные взаимоотношения выстроить с начальством или с подчинёнными. Поэтому эмоциональный интеллект очень важен», — рассказала она.
Вавилова подчеркнула в разговоре с «Правда.ru», что развитие эмпатии и эмоционального интеллекта начинается с понимания собственных эмоций и причин раздражения, а регулярная практика самонаблюдения формирует устойчивый эмоциональный настрой.
«Понимать себя и свои эмоции тоже важно, прямо проследить, почему я недовольный, почему я раздражённый, обратить внимание на причины этого. И вот такая практика ежедневная, можно сказать, помогает воспитать в себе правильный эмоциональный настрой», — рассказала она.
Разговорный гипноз: Милтон-модель и убеждения
Методы разговорного гипноза, применявшиеся в КГБ, были близки к тому, что позже получило название «милтон-модели Эриксона» и было формализовано в нейролингвистическом программировании (НЛП).
Использование неопределённых формулировок, метафор и аналогий позволяло создавать внушение без прямого давления и обходить сознательную критику собеседника.
Основные приёмы включали:
- Обобщения и кванторы: «Все/некоторые/многие люди находят в этом облегчение» — объект сам ассоциирует себя с положительным исходом.
- Пресуппозиции: «Когда вы поймёте преимущество сотрудничества…» — предполагает, что решение уже принято.
- Номинализации и двусмысленности: «Свобода» или «изменение» — объект сам «дописывает» смысл.
- Причинно-следственные связи: «Чем глубже вы расслабляетесь, тем яснее видите решение» — связывает релаксацию с согласием.
Мифы о «боевом» гипнозе
Существуют легенды о «боевом гипнозе», якобы применяемом для защиты президента РФ. Бывший сотрудник Службы безопасности Юрий Малин рассказывал, что в 1991 году была программа, направленная на психологическую защиту Бориса Ельцина.
Генерал-майор ФСБ в отставке Александр Михайлов отметил в разговоре с News.ru, что не верил в эффективность метода.
«Это всё чушь собачья! Эти нетрадиционные методы были фантазией Георгия Рогозина. Может, они что-то и имитировали, но эффективность использования нулевая же! Просто эти люди были этим очень увлечены и продвигали нетрадиционные формы в оперативную работу. Это была вотчина Коржакова, и неизвестно даже, из какого кошелька брались эти деньги. Когда у человека большая степень влияния, необязательно залезать в карман государству. Вполне возможно, что там было и частное финансирование, и внебюджетные фонды», — отметил генерал.
