В Мексике продолжаются массовые протесты, охватившие столицу и целый ряд крупных городов после громкого убийства мэра Уруапана Карлоса Мансо. Политик был застрелен 1 ноября во время празднования Дня мёртвых — события, которые традиционно проходят в атмосфере семейных шествий. Мансо открыто выступал против наркокартелей, требовал усилить борьбу с преступными группировками и настаивал на реформе силовых органов. Его гибель стала для многих мексиканцев точкой невозврата, спровоцировав волну общественного возмущения и мобилизовав как молодёжь, так и представителей старших поколений.
В Мехико на улицы вышли несколько тысяч человек, среди которых заметно выделялись участники движения Generation Z Mexico. Они заявили, что представляют поколение, уставшее от бесконечного насилия, коррупции и злоупотребления властью. Протестующие несли плакаты «Мы все Карлос Мансо» и скандировали «Шейнбаум — наркопрезидент», обвиняя президента Клаудию Шейнбаум в неспособности остановить влияние картелей и защитить местных политиков, регулярно становящихся мишенями преступных структур. Многие демонстранты надели ковбойские шляпы — символ, связанный с погибшим мэром, который был популярен в регионе именно благодаря своей решимости противостоять наркосетям.
Акции протеста быстро приобрели жесткий характер. Несколько тысяч человек собрались у ограждений Национального дворца — резиденции президента. Полиция применила слезоточивый газ, начались столкновения, в ходе которых демонстранты бросали камни и пытались прорвать оцепление. По данным правоохранительных органов, пострадали как минимум 120 человек, среди них около 100 полицейских; 40 из них потребовалась госпитализация. Травмы получили и 20 протестующих. После разгона митинга были задержаны 20 человек, которым вменяют участие в грабежах и нападение на полицейских.
Власти Мексики заявляют, что субботние протесты были организованы преимущественно правыми политическими силами и активно продвигались через ботов в соцсетях. Мэр Мехико Клара Бругада осудила действия части протестующих, назвав их «радикальной группой, стремящейся дестабилизировать ситуацию». Однако оппозиция и активисты утверждают, что насилие стало прямым следствием неспособности правительства контролировать деятельность картелей и обеспечить безопасность даже высокопоставленных чиновников.
Ситуация в стране остаётся напряжённой. Убийство Мансо стало лишь одним из эпизодов растущей волны преступности: по данным журналистов и правозащитников, давление картелей усиливается, а число атак на политиков растёт. Протесты продолжают расширяться, объединяя разные возрастные группы и политические лагеря — зумеров, бумеров, студентов, представителей оппозиции. Они требуют не только расследовать убийство мэра, но и реформировать политику безопасности государства, которое, по мнению жителей, утратило контроль над ситуацией.
Политолог и эксперт по Латинской Америке Игорь Пшеничников считает, что протесты в Мехико, которые формально начались после убийства мэра Карлоса Мансо, имеют мало общего со стихийным народным движением. По его мнению, механика мобилизации — задержка между преступлением и массовыми акциями, активное участие студенческих групп и онлайн-структур указывает на использование технологий цветной революции.
Эксперт подчёркивает, что действующий президент Клаудия Шейнбаум — представитель левого курса, начатого Лопесом Обрадором, который пытался дистанцироваться от США и проводил социальную политику. Это раздражало Вашингтон, и теперь обвинения в связях с картелями стали инструментом давления на Мексику. Пшеничников напоминает, что реальные коррупционные связи с наркогруппировками были характерны именно для прежних, проамериканских либеральных администраций, а США сами годами использовали такие досье, чтобы держать мексиканскую элиту «на крючке».
Сегодня та же схема применяется против Шейнбаум. Лозунги «наркопрезидент» легко ложатся в протестную повестку, особенно среди молодёжи, но доказательств нет — ситуация аналогична информационным атакам США против Венесуэлы. Проблема усугубляется тем, что на значительной части территории Мексики власть действительно слабее картелей, поэтому любое убийство политиков становится удобным поводом для уличной мобилизации.
По мнению эксперта, текущие протесты — это не прямой ответ на гибель мэра, а попытка использовать шок и слабость институтов для давления на правительство. Массовой цветной революции он не прогнозирует, однако считает, что применяемые технологии уже создают риски дестабилизации для всей страны.
