Эпоха фейков
Раздел отзывов в любом маркетплейсе превратился в поле боя. В одном углу ринга — живые покупатели, отчаянно вчитывающиеся между строк в поисках искреннего мнения и человеческой реакции, пусть и выраженной лаконичным «норм». В другом — целая армия ботов с заготовленными шаблонными восторгами и стерильно-идеальными кадрами из примерочной.
Инструменты генеративного ИИ производят контент с пугающей скоростью, создавая за секунды то, на что раньше уходили дни. Контенту не страшны системы модерации, он маскируется под реальные пользовательские аккаунты, лишь бы вынудить еще одного клиента совершить покупку. По оценкам экспертов, автоматизация создания контента позволяет продавцам экономить десятки тысяч рублей только на фотосессиях.
Однако технология пока не идеальна. Подделку, как правило, выдают характерные артефакты: неестественные пропорции тел, странные кисти рук, плавающая геометрия объектов. Хотя алгоритмы становятся все лучше и умнее, и скоро отличить генерацию от реальности будет почти невозможно.
Кроме того, массированная накрутка отзывов через нейросети нередко приводит к системному сбою в работе. Искусственно раздутый рейтинг товаров искажает данные о реальном спросе на онлайн-площадке и провоцирует цепную реакцию.
Правовой вакуум
Председатель Национального союза защиты прав потребителей Павел Шапкин заявил ВФокусе Mail, что юридическая ответственность за введение потребителей в заблуждение наступает только в тех случаях, когда речь идет о несоответствии в ключевых характеристиках товара, влияющих на выбор покупателя.
«Например, если вещь позиционируется как добротная, качественная, а на практике она выходит из строя после непродолжительного использования, и ее реальные характеристики не соответствуют заявленным — это прямое основание для применения статьи 14.7 КоАП РФ. Штрафы по этой статье значительные — от 100 до 500 тысяч рублей, причем составлять протоколы могут не только специалисты Роспотребнадзора, но и сотрудники МВД», — пояснил эксперт.
Шапкин подчеркивает, что далеко не всякое использование ИИ-технологий является нарушением. Создание привлекательного визуального контента — например, размещение товара на фоне сгенерированного пейзажа или использование изображений моделей — не считается обманом, если не искажает фактических характеристик продукции. Субъективные маркетинговые формулировки вроде «яркий вкус» и «насыщенный цвет» также остаются в правовом вакууме, поскольку их практически невозможно однозначно регламентировать.
«Искусственный интеллект быстро учится обходить любые законодательные барьеры, — считает эксперт. — Но важно понимать: покупатели на маркетплейсах сегодня защищены однозначно лучше, чем в обычных магазинах. Даже если товар продвигается с помощью ИИ, потребитель сохраняет право вернуть его при несоответствии описанию, а вся ответственность в конечном счете ложится на продавца».
По его мнению, обеспокоенность вызывает растущее отставание нормативной базы от технологических реалий. Даже готовящийся к реализации в 2026 году закон о платформенной экономике не учитывает новых вызовов, связанных с генеративным искусственным интеллектом.
Как решают проблему в мире
Пока Россия только подступается к этой проблеме, другие страны уже выработали конкретные механизмы противодействия. В США Федеральная торговая комиссия установила жесткий запрет на AI-генерированные фейковые отзывы с солидными штрафами до $500 тысяч. Европейский союз через Директиву Omnibus и AI Act ввел требования полной прозрачности происхождения контента. Великобритания пошла по схожему пути, закрепив аналогичные нормы в DMCC Act.
Наиболее комплексный подход демонстрирует Китай, где акцент сделан на регулировании технологии дипфейка через общее законодательство об искусственном интеллекте, с обязательной верификацией всего генерируемого контента.
