Депутат отметил рост числа детей, которые нарушили закон до достижения возраста уголовной ответственности, а также тех, кто совершает преступления в составе организованных групп. Он привел статистику Следственного комитета, согласно которой в 2025 году 2025 году более 14 тыс. подростков совершили уголовные преступления. При этом на 8% выросло число уголовных дел, переданных в суд.
Парламентарий напомнил о ряде громких преступлений, в которых были задействованы несовершеннолетние.
«В конце лета в Нижегородской области компания детей несколько дней издевалась над пожилой женщиной, избивала, сломала руки и ноги, нанесла серьёзные травмы внутренним органам, в итоге жертва попала в реанимацию. Самой младшей участнице — всего восемь лет. Когда читаешь, что было сделано детьми, приходишь в ужас: это ведь настоящие зверства. Что толкает детей на подобные поступки? Любопытство, тяга к эксперименту над другим человеком и над подвижностью границ дозволенного, границ собственной личности? Стремление самоутвердиться, унизив более слабого? Жажда прославиться? Ведь все перечисленные случаи были записаны на видео и распространены — среди друзей, знакомых. Какой реакции ждёт ребёнок, отправляя такой ролик?» — озадачился Толмачев.
Он подчеркнул, что подростки часто воспринимают свои действия не как преступление, а как «контент», который можно снимать на видео и публиковать.
«Возможно, они не чувствуют в полной мере реальность и полноту своего проступка. Для них чужая кровь, слёзы и синяки — только изображение на экране телефона. Именно поэтому в своё время были запрещены треш-стримы, которые формировали нечувствительность к чужой боли и раздвигали границы моральных норм», — продолжил он.
По словам парламентария, механизмы защиты несовершеннолетних иногда позволяют сознательным нарушителям уходить от ответственности. Он отметил, что многие из подобных подростков уже находятся «на контроле» у органов опеки.
«Многие несовершеннолетние знают о своих правах, о том, что в ряде преступлений они, говоря прямо, останутся безнаказанными или понесут лёгкую ответственность. И, к сожалению, пользуются своим преимуществом. Механизм, разработанный с учётом несознательности детей, позволяет тем из них, кто вполне осознаёт тяжесть преступления, уйти от наказания. Необходимо усилить общественный контроль, помочь органам опеки в выявлении таких семей. Но немало и тех, кто живёт в полной семье без материальных проблем, однако ребёнку не хватает внимания мамы и папы. Для таких ребят важно проводить профилактическую работу — вплоть до “экскурсий” в воспитательную колонию, где несовершеннолетние отбывают наказание за тяжкие и особо тяжкие преступления», — подчеркнул Толмачев.
Депутат также указал в разговоре с RT, что нужно усилить общественный контроль, вести профилактическую работу со «сложными» подростками. По его словам, рабочая группа при комитете по молодежной политике разрабатывает практические меры профилактики.
«Надо доносить до каждого “сложного” подростка, что за преступлением неминуемо следует наказание, и пусть это не всегда тюрьма, которая действительно пугает, последствия в масштабе всей жизни будут тяжёлыми. Профилактика должна пропитывать воспитательную систему и быть достаточно жесткой, чтобы возыметь эффект», — резюмировал он.
Ранее нейропсихолог объяснила, почему подростки становятся идеальными жертвами мошенников и совершают диверсии.
