Взрыв на дороге
17 ноября на стратегически важной железнодорожной линии Варшава — Люблин произошел взрыв, который премьер-министр Польши Дональд Туск охарактеризовал как «крайне серьезный» акт диверсии против безопасности государства. Взрывное устройство сдетонировало в Гарволинском повяте, разрушив участок путей. Местные жители слышали, как раздался мощный хлопок, от которого задрожали стены домов. Министр внутренних дел Марчин Кервиньский сообщил, что еще один поврежденный участок обнаружен ближе к Люблину.
Министр обороны Владислав Косиняк-Камыш заявил о начале проверки 120 километров железнодорожных путей до границы в Хрубешове с участием подразделений территориальной обороны. Бывший командир спецподразделения GROM Роман Полко высказал предположение, что диверсия может быть работой «одноразовых террористов», нанятых за небольшие деньги «с целью посеять страх и дестабилизировать обстановку в стране».
Особый резонанс вызвало заявление Дональда Туска о причастности к взрыву граждан Украины, которые, по версии польской стороны, сотрудничали с российскими спецслужбами. Премьер-министр уточнил, что подозреваемые прибыли через Белоруссию и скрылись через пограничный пункт в Тересполе. По предварительным данным, один из них ранее был осужден за диверсию на Украине, а второй прибыл из Донбасса.
Международная реакция на инцидент оказалась неоднозначной. Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг призвал дождаться результатов расследования, подтвердив координацию между Альянсом и польскими службами. В связи с событиями Польша закрыла последнее российское консульство в стране. Москва предпримет зеркальные меры и сократит дипломатическо-консульское присутствие Польши в России, добавила официальный представитель МИД России Мария Захарова.
Расчеты польских властей
Директор Центра прикладного анализа международных трансформаций РУДН Виталий Данилов утверждает, что «Варшаве русский след очень даже выгоден в контексте растущего недовольства польского общества украинскими беженцами».
Политолог указал на кардинальное изменение позиции Польши в отношении украинских рабочих. Если изначально Варшава рассчитывала на экономический эффект от их трудоустройства — и действительно получила его в виде 2% роста ВВП, — то сейчас польские власти открыто заявляют, что массовое присутствие украинских трудовых мигрантов создает дисбаланс в экономике страны. По мнению эксперта, эта смена риторики напрямую связана с текущей политической конъюнктурой и поиском внешнего врага для консолидации общества.
«Существуют ли на самом деле те граждане Украины, которых сейчас разыскивают — двое или трое, — не имеет никакого значения. Вся эта история может быть полностью высосана из пальца, но она решает конкретную задачу», — заявил эксперт.
Он обратил внимание на осторожность формулировок польской стороны. «Хотя прямых обвинений в адрес Москвы пока нет, используются размытые формулировки о “восточных государствах”, но всем понятно, что подразумевается именно Россия. Утверждается, будто российские спецслужбы вербуют недовольных украинцев для диверсионной деятельности», — добавил он.
Данилов напомнил о предыдущих случаях, когда пожар в торговом центре и беспилотники над европейскими аэропортами изначально приписывались России, но затем оказывались делом рук местных жителей.
Эксперт заявил, что для Варшавы логично постоянно обвинять Москву, поскольку «она считается историческим врагом». По его словам, вторая причина такой реакции Польши — создание дискомфортных условий для украинцев с целью стимулировать их переезд в другие страны, чтобы снизить социальную напряженность.
Третья цель — стремление привлечь внимание западных партнеров для получения финансирования на укрепление польской инфраструктуры, границы и армии под предлогом защиты от российской угрозы. Аналитик заключил, что эти три задачи были заложены в провокацию, которая представляет собой организованную пропагандистскую историю для обострения отношений Запада с Россией и подготовки европейского населения к возможному военному конфликту.
Данилов подчеркнул, что за этими действиями стоит Великобритания, которая «оказывает очень большое влияние на польские власти». По его словам, концепция «Междуморья или новой Речи Посполитой является частью британского плана по отсечению части европейских государств».
