Инвестиции в обмен на реинтеграцию
США представили амбициозный проект, согласно которому около $200 млрд должны стать «топливом» для масштабной послевоенной реконструкции Украины. В планы входит создание современной инфраструктуры и даже гигантского дата-центра, питаемого от Запорожской АЭС, хотя станция контролируется российскими силами, пишет The Wall Street Journal.
Одно из условий Вашингтона — поэтапное возвращение России в мировую экономику. В обмен на разблокировку активов американские компании должны получить доступ к стратегическим секторам российской экономики: добыче редкоземельных металлов, арктическим нефтяным проектам и энергетическим поставкам в Европу. В разговоре с WSJ один европейский чиновник анонимно назвал эту схему «экономической Ялтой», проводя параллель с разделом сфер влияния в 1945 году.
Для президента США Дональда Трампа этот прагматичный подход — часть более широкой стратегии по переориентации ресурсов с Украины на основного соперника — Китай.
Трамп действует не из каких-то особых симпатий к России, а из-за смены приоритетов. Его цели: вывести ресурсы с украинского театра, чтобы сконцентрировать их на более приоритетных направлениях, получить прибыль от сотрудничества с Москвой и, главное, — расколоть союз России с Китаем. Разговоры о «возвращении в G8» — не дружественный жест, а инструмент для этих целей, — пояснил ВФокусе Mail ведущий научный сотрудник Центра исследования проблем безопасности РАН Константин Блохин.
Европейский подход
Европа, напротив, фокусируется на более простом и безотлагательном решении. Лидеры ЕС во главе с председателем Еврокомиссии Урсулой фон дер Ляйен и канцлером Германии Фридрихом Мерцем предлагают предоставить Украине прямой кредит в размере примерно $105 млрд — половины от замороженных активов. Эти средства должны покрыть две трети базового бюджета и военных расходов Киева на ближайшие два года. Кредит не будет считаться долгом Украины и не потребует дополнительных средств от европейских налогоплательщиков — он подлежит возврату только в том случае, если Россия не выплатит репарации.
Однако этот план встречает сопротивление, прежде всего со стороны Бельгии, где хранится большая часть российских средств. Брюссель опасается судебных исков со стороны Москвы и настаивает на юридических гарантиях. Без согласия Бельгии, несмотря на отсутствие необходимости в единогласии всех 27 стран, реализация плана блокируется.
Американист Константин Блохин убежден, что европейский план урегулирования — прямое продолжение стратегии «байденовских трансатлантических элит». Их цель, по словам политолога, остается неизменной и укладывается в старый нарратив: «нанести России стратегическое поражение и укрепить и сохранить мировой либеральный порядок». В рамках этой парадигмы любой компромисс рассматривается как «капитуляция» и «слив интересов Запада».
Логическим завершением данной позиции является ключевое императивное убеждение: «если Россия выиграет на Украине, тогда Запад проиграет везде». И по примеру России будут действовать все остальные, что грозит уничтожением либерального миропорядка, — пояснил эксперт.
Неспособность договориться грозит катастрофой, в первую очередь, для Украины. Без этих средств Киев может потерять позиции как на поле боя, так и за столом переговоров, особенно на фоне резкого сокращения помощи от администрации Трампа. Для Европы провал плана означает не только ослабление Украины, но и маргинализацию самого ЕС в мирном процессе, который все больше определяется диалогом между Вашингтоном и Москвой, уверен Блохин.
Неравная поддержка
Внутри Европейского союза нарастает напряжение из-за неравномерного распределения бремени поддержки. С 2022 года европейские страны потратили на Украину около $230 млрд, но диспропорции очевидны. Согласно данным Кильского института, в то время как Германия планирует выделить $14 млрд в следующем году, а скандинавские страны тратят более 0,06% своего довоенного ВВП на военную помощь, Италия сокращает свои обязательства, а Испания и вовсе не выделялила из бюджета никакой помощи на будущий год.
Альтернативы европейскому плану выглядят еще менее привлекательными: заимствования на рынках обойдутся дороже и потребуют единогласного одобрения, которое может заблокировать Венгрия, а добровольные взносы углубят раскол между странами-донорами и «отстающими».
Предстоящий саммит ЕС станет решающим испытанием. Европа стоит перед выбором: преодолеть внутренние разногласия и юридические страхи, чтобы сохранить влияние и поддержать Украину, или уступить инициативу Вашингтону, рискуя остаться на обочине в определении будущего континента. Время на принятие решения стремительно истекает — Украина должна получить средства уже к весне 2026 года.
